Бабища цинично объявила, что ударов больше не будет. Девушка ревела и не могла уняться. А толпа упивалась её агонией и радовалась. Сильнейший воин Радуги оказался слабой и никчёмной пустышкой. Под Сарой поблёскивала большая лужа, которая никак не хотела просачиваться через доски.
Когда сил реветь уже не осталось Сто третья обмякла, повиснув без сил, продолжая неконтролируемо всхлипывать.
Макс пытался поймать её взгляд, дабы поддержать, сказать, что ему плевать на всё это. Что он сам готов нассать им всем на головы… Он звал её и кричал, что любит, что очень — очень любит, не смотря ни на что, не взирая на то, что с ней сделали… но Сто третья уже не была прежней. Когда её развязали, она пошатнулась, но смиренно пошла прочь принимать свой новый мир. Внутри неё что — то умерло, и уже не хотелось видеть ни одного человека с площади, даже Максима. А месть, которую она пригрела, сидя в камере, теперь показалась ей нелепой глупостью. Как и жизнь, которая перестала нести всякий смысл.
Двадцать дней спустя.
Рацион землянина изменился. Ему стало доступно только земное меню, о чем позаботилась Тринадцатая. Теперь Макс употреблял продукты из элементов, привозимых с Земли на торговых судах. Зирина хотела минимизировать риски, решив исключить и угрозу, связанную с белковыми соединениями, существующими на Радуге.
Всё это время он продолжал оставаться под домашним арестом во дворце. Совет всё ещё медлил с принятием решения. Каждый раз, когда Рябой пытался узнать о судьбе Сары, получал строгий отказ даже от членов Совета, которые ему симпатизировали.
Единственной отдушиной стали занятия с кадетами Мираиды.
А ученицы вскоре распоясались не на шутку, что выливалось в безобразную дисциплину, когда мастер Мираида оставляла мужчину с ними без присмотра.
У девочек горели глаза, как у безумных, когда на очередном занятии появился Максим. Мираида ушла, и они могли смело спрашивать его о чём угодно! Но девочки хотели не только спрашивать, но и заниматься с ним.
— Что сегодня хотите отработать, красотули? — Обратился землянин к девицам, встав напротив стоя уже в привычном для него месте.
— Борьбу в партере! — Выкрикнули одни, нарушая дисциплину.
— Броски! — Возразили другие.
— Реванш хочу! — Заявила вдруг Селеста с игривым взглядом.
В бирюзовых глазках резвились чёртики. И Макс не знал, что с этим делать уже на протяжении нескольких занятий. На прошлом она напросилась в пару по новому приёму и во время показа землянин почувствовал, что у девочки колом стояли соски, которые он случайно зацепил.