— Нет уж, — я решительно тряхнула головой. — Наотдыхалась, хватит.
Женщина одобрительно кивнула. Судя по всему, она тоже считала, что слишком долго валяться в кровати, вредно.
— Тогда я принесу вам платье.
— Подождите, — я торопливо коснулась ее руки. — Девочка… Мисти… С ней все в порядке?
— Да, — на лице собеседницы расцвела широкая, невероятно теплая улыбка. — Малышка жива, хвала Солнцеликому. Хозяин сказал, вы помогали ее искать… Спасибо. Боги не забудут вашей доброты.
Она вышла. Как только дверь закрылась, я закуталась в одеяло, бросилась к окну, торопливо отодвинула край шторы и замерла, изучая открывшийся мне вид: цветочные клумбы, полукруглую подъездную аллею, ведущую к высокому мраморному крыльцу, и вдалеке — чугунную ограду с широкими массивными воротами.
Это не Земля. Я в чужом мире… В чужом! Только так можно объяснить все, что со мной приключилось. Но как я сюда попала? Почему?
Пока я пялилась в окно, отчаянно пытаясь собрать разбегающиеся в разные стороны мысли, дверь дома отворилась, на крыльцо вышли двое — и я в очередной раз застыла каменным изваянием.
Рядом с тем самым господином Лоттером, моим недавним спасителем, небрежно облокотившись на перила стоял зеленоглазый Алистер. Чтоб ему пусто было!
Мужчины спустились с крыльца и неспешно пошли по аллее, о чем-то беседуя. Их серьезные, сосредоточенные лица мне совсем не понравились. Нет, они, разумеется, могли обсуждать все, что угодно, начиная от погоды и видов на урожай и заканчивая здоровьем маленькой Мисти. Но ведь не исключено, что прямо сейчас, в этот самый миг там внизу обсуждают именно меня.
«Знаешь, — говорит, например, Лоттер, — я тут в запертом подвале девицу в грязном подвенечном платье нашел. Спала на соломе, как у себя дома, а когда я ее разбудил, еще и прогнать меня пыталась. Представляешь?»
«В подвенечном платье? Совершенно бесхозную? — оживляется Алистер — Очень интересно. Я как раз разыскиваю одну такую. А фата на ней была?».
Попадаться в руки зеленоглазого друга здешнего короля категорически не хотелось. Я никак не могла забыть неприязнь, с которой он на меня смотрел, и сказанные ему слова: «Не понравится, отдашь другому. Желающие найдутся». Нет уж, благодарю покорно, я не вещь, чтобы передаривать меня за ненадобностью.
Зябко поежилась, перевела взгляд на ладонь… Ни шрама, ни ожога, ни царапинки, ни единого следа — гладкая чистая кожа. Странно. Не привиделась же мне та молния, в самом деле?
Мужчины, тем временем, закончили разговор, пожали друг другу руки, к Алистеру подвели жеребца, он, вскочив в седло, крикнул что-то на прощанье и умчался прочь, а Лоттер повернул обратно, к дому. Я инстинктивно отпрянула, задернула занавеску, и тут же досадливо тряхнула головой — веду себя как ребенок, пойманный за подглядыванием.