— Где она?
— Пи-и-ить, — выдохнула я в ответ, решив, что с паршивой овцы хоть шерсти клок.
Если этот настырный тип не желает оставить меня в покое и категорически намерен пообщаться, так и быть… Но пусть сначала хоть напиться даст.
Мужчина поморщился, но потом все-таки повернул голову и повелительно бросил куда-то за спину:
— Воды!
Через минуту в его руке оказалась пузатая кожаная фляга, а еще через мгновение я уже жадно глотала прохладную, восхитительно вкусную воду. Пила и никак не могла напиться.
— Так где она? — требовательно повторил мужчина, буквально отрывая от моих губ флягу и снова вцепляясь в плечи.
Вот ведь жадный какой.
Я уже собралась дальше торговаться и добиться для себя еще чего-нибудь —таблетку жаропонижающего, порошок, микстуру или что там у них есть, — но следующая фраза заставила мгновенно насторожиться и забыть о собственных планах.
— Где Мисти? Скажешь ты, наконец, или нет? Она ведь была здесь, вот доказательство, — передо мной махнули содранным с меня же плащом.
Мисти…
Я могла поклясться, что раньше никогда не слышала этого имени, и в тоже время оно болезненным эхом отдавалось в душе, вызывало в памяти странные образы. Удивительно, но я, кажется, не просто догадывалась — твердо знала, кому оно принадлежит.
А еще сразу вспомнился безутешный детский плач.
— Мисти… Девочка? — на всякий случай переспросила я.
— Да.
— Худенькая, лет восьми… десяти, не больше. Серые глаза. Русые волосы заплетены в косу. Над верхней губой — маленькая родинка, — продолжала перечислять я.
— Да-да!
— В пышном голубом платье и такого же цвета туфельках.
— Это она, — мужчина жадно дернулся ко мне. — Ты ее видела?
— Нет, — призналась я честно, и меня тут же с яростным возгласом отшвырнули прочь.
— Издеваешься? — мужчина сжал кулаки, угрожающе нависая надо мной.
— Даже не думала, — я сдержала стон, потирая ушибленную при падении руку, и уставилась в побелевшие от ярости глаза. — Я никогда не видела эту девочку, но могу сказать, вернее, описать, где она находится.
Пауза.
Мужчина не сводил с меня хмурого, тяжелого взгляда — я почти физически чувствовала его недоверие — потом резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и велел:
— Говори.
— Островок посреди болота… Не очень далеко отсюда, но и не рядом… — медленно начала я.
Говорить было сложно, во рту опять пересохло, хотелось пить и клонило в сон. А еще, видения стали путаться, ускользать, затягиваться липким, серым туманом. Чего-то не хватало. И, повинуясь внезапному наитию, я потянула к себе плащ, который мужчина сейчас прижимал коленом.
— Отдайте.