— Я почти ничего не помню. Всего четыре года из тридцати, — попыталась я оправдаться, но не уверена, что меня поняли. — Хотя, Костя не верит в мою потерю памяти.
— И правильно делаю. Это же не проверишь. Ты можешь что угодно наплести, — зло хмыкнул Ульянов и отвернулся от меня.
— Ну допустим, проверить этот диагноз возможно. Как и помочь Любе. Я же правильно запомнила твое имя? — спросила свекровь, продолжая внимательно смотреть на меня.
— Да. Меня зовут Люба, Любовь Лисицина. Только я уже прошла нескольких психиатров, психологов. Лечилась в клинике доктора Калинина. Но результата нет, — покачала я головой.
— Ты же говорила, что сегодня что-то вспомнила, — с иронией произнес Константин.
— Не вспомнила, это нечто другое. Все на уровне ощущений. Я чувствую, что знаю тебя, Костя, что когда-то любила тебя, — вырвалось у меня. — Чувствую, что Оля моя дочь, меня к ней тянет как канатом. Даже Петю я, кажется, когда-то знала, но и это на уровне ощущений.
— Придумываешь ты все, — не сдержался Ульянов и подскочил на ноги, подлетел ко мне. — Ты опять лжешь. Умело играешь Калининым. Манипулировать другими ты мастер. Неужели только сейчас осознала, что потеряла? Поняла, что можно еще что-то вытянуть из меня, а потом вновь исчезнуть из моей жизни? А что при этом пострадают чувства Оли, тебе на это наплевать?! — гневно прокричал он, нависая надо мной.
Мне стало страшно, я вздрогнула от неприятных ощущений. Сердце болезненно сжалось. Перед глазами возникла картина: кто-то сильно бьет меня по лицу, затем удар в живот и снова по лицу.
— Ты будешь делать, как я хочу, — прорычал надо мной незнакомый брюнет, затем он оскалился в ехидной улыбке и добавил: — Иначе пущу тебя по кругу…
Сознание резко покинуло меня, я была рада этой спасительной темноте. Лучше уж она, чем помнить такое.
В себя пришла от осторожного похлопывания по щекам.
— Любовь, вы уже очнулись? — услышала я приятный мужской голос.
В сердце вновь появился страх. Кто это? Где я?
— Не бойтесь, с вами все хорошо, — заверил меня тот же мужчина.
— Коля, что с ней? — раздался рядом тревожный голос свекрови.
Воспоминания сегодняшнего дня накатили на меня. Я всего-то лишь в доме родителей Кости. Хорошо, что не там, где был тот страшный брюнет… А где это там? Что такое я вспомнила?
Открыла глаза, чтобы убедиться, что я и правда в доме Галины Леонидовны.
— Напугала ты нас, девочка, — ласково произнесла она. — Хотя и Костя тут виноват. Устроил черт-те что.
— Я Николай Эдуардович, как и Галя, врач. Так что первую помощь мы в состоянии оказать, — заверил меня хозяин дома. — Вас что-то беспокоит? Может, в больницу поедем?