Резкий рингтон телефона раздался на весь зал. А вслед за ним прогремел выстрел. Я испуганно закричала, вслед за мной раздались женские крики.
– Все под контролем! – громко произнес Вацлав.
Я обернулась на его голос и увидела, как рядом с безопасником находятся люди в темной форменной одежде и скручивают руки высокому мощному мужчине.
– Якуб Гуревич, вы арестованы… – отчеканил полицейский, пока другой снимал с преступника рыжий парик и приклеенные усы с бородой.
Через пару минут Якуба увели, ко мне подошел Костя и обнял, привлекая к себе.
– Никто не пострадал? Якуб ни в кого не попал? – вздрагивая от вновь нахлынувших эмоций, спросила я.
– Только украшения храма. Думаю, хорошее пожертвование в казну храма утрясет этот вопрос, – тихо сказал Калинин. – Твои парни, Константин, хорошо сработали. Молодцы. Еще и полицию успели позвать.
Меня опять трясло, кажется, накатил отходняк.
– Тише, малышка, все закончилось, – прошептал мне Костя, прижимая меня к себе.
Я не сразу поняла, что реву, эмоции зашкаливали.
– Сестренка, ты же у нас сильная. Справилась с Якубом за каких-то десять минут, – услышала я слова Юры.
– Что с мамой Галей? – икая спросила я, оборачиваясь к Калинину.
– Все хорошо. Тимыч как раз разговаривал с Галиной Леонидовной и Николаем Эдуардовичем в режиме видеозвонка. Хотели хоть так посмотреть церемонию, – сообщил мне Юрий. – Так что с ними точно все хорошо. Я сам видел.
– Простите, я все испортила, – заревела я еще сильнее.
– Лисичка, ну что ты? Все же хорошо закончилось, – опять успокаивал меня любимый. – Сейчас ты придешь в себя, и мы все продолжим.
– Прости, я не хотела все портить, – твердила я, не в силах остановить истерику. – А Якуб? Это был он? Он писал мне?
– Он, – кивнул Калинин.
– Но как он оказался в храме?
– Его привела твоя секретарь, Константин, – подошел к нам Вацлав.
– Черт, – выругался Ульянов. – Я ведь доверял ей. А она решила подставить меня.
– Полиция уже занимается ими. Как оказывается, Якуб сбежал из тюрьмы, незаконно пересек границу, – сообщил Вацлав. – Видимо, ты сильно засел у него в печенках, что поляк решил уничтожить тебя.
– Сначала шантажом вынуждал Любу дать интервью, порочащее Константина, – продолжил его рассказ Калинин. – А когда это не получилось, решил убить тебя сам. Только звонок телефона помешал ему прицелиться. В итоге промазал он довольно сильно.