Придя к такой мысли, я уверенно направился в сторону кабинета Митюшина. Тем более и мой кабинет там же по соседству находится. Тоже загляну, проверю, не сдал ли этот пройдоха его в мое отсутствие.
Не сдал. Да и сам на месте оказался. Но тут же скривился при виде меня. Всего на секунду, но я заметил. А дальше к нему вернулось привычное выражение вселенской скуки и печали на лицо, а вислые усы словно еще сильнее опустились к земле.
— Здравствуйте, Григорий Мстиславович. Чем обязан?
— Да вот, мне интересно стало, что это никто ко мне на тренировки не записывается. А ведь вам, к примеру, они очень бы полезны были, — широко улыбнулся я, от чего печаль на лице Петра Ивановича только усилилась.
— Невмочно, — привычно открестился финансист. — Работы столько, что даже минутки свободной нет.
— Уметь постоять за себя — обязанность каждого мужчины. А уж если он находится на таком ответственном посту… — поиграл я бровями.
— Как только появится свободная минутка, я тут же приду к вам. Главное, чтобы вы были на рабочем месте, — все же «уколол» меня Митюшин.
— Для этого существует такое понятие как «расписание», — не остался я в долгу. — Пожалуй, повешу его на своей двери. Чтобы не возникло недоразумений и взаимных претензий.
— Как пожелаете. Это все же ваш кабинет, — стараясь удержать все то же скучающее выражение лица, ответил финансист.
Решив, что с него пока достаточно, я отправился к Гаврилову. Вот уж о ком точно забывать не стоит. И посмотреть, чем занят Павел Алексеевич, я просто обязан.
— Григорий Мстиславович, — приветливо улыбнулся мне заместитель Бальта. — Рад вас видеть. С чем пожаловали?
Вот жук! И даже не скажешь, что между нами черная кошка пробежала.
— Да вот, хотел поинтересоваться, когда вы будете на моей тренировке. Судя по демонстрационному занятию, она вам определенно нужна.
Павел даже бровью не повел. Лишь энергично закивал в ответ и, еще сильнее улыбнувшись, ответил.
— Совершенно с вами согласен! И обязательно приду, как только разберусь с этой кучей, — махнул он рукой на свой стол.
Тот действительно оказался завален целой кипой бумаг. Что уж там было в этих бумажках — бог весть. Попытавшись подойти и взглянуть, мне тут же ненавязчиво преградили путь, все также доброжелательно улыбаясь. Мда. Мягко послал, со всем почтением, так сказать. Опасный тип. Не то, что считай прямой и почти бесхитростный Митюшин.
— Тогда буду ждать в ближайшее время. Расписание занятий будет висеть на двери моего кабинета.
Оставил я последнее слово за собой. Но этот гад все настроение мне испортил! В отместку все же сходил и действительно повесил «расписание», указав там одно занятие в неделю.