— Эх, это не то… но, может, тоже поможет. — слабо проговорил он себе под нос, отложив таблетки в сторону. Продолжая лихорадочно искать противовоспалительное и спазмолитическое средство среди хаоса вещей, оставшихся внутри рюкзака. И наконец, с облегчением нашёл то, что искал. Наружу показалась упаковка обезболивающего, к которому за все годы своей жизни он очень пристрастился.
— Ура, нашлось. — прошептал он, позволив себе слабую и вымученную улыбку. Болезненная пульсация уже начинала отступать, как и в самом начале, когда Александр только очнулся. Правда, наученный опытом, он знал, что профилактика не повредит и боль может вернуться в любой момент. Закинув пару таблеток аспирина и другие препараты, парень обильно запил их водой. Каждый глоток действовал на него оживляюще, возвращая небольшую толику ясности разуму и бодрость истощенному телу.
— Ну что ж, теперь можно жить… — выдохнул он с облегчением, медленно поворачивая шею в разные стороны, чтобы размять затекшие и задубевшие мышцы. Повторно окинув округу взглядом, и осмотревшись, мужчина старался оценить ситуацию более трезво. Звуки природы постепенно возвращались в его восприятие, и он прислушивался к шорохам и ветру, стараясь уловить что-то что хоть как-то бы объяснило и внесло ясности ситуации, в которой он находится. Но то и дело, взгляд его становился мутным, а сфокусироваться больше чем на десяток секунд никак не получалось. Обхватив бутылку с водой ладонью, он поднес её к лицу, думая, стоит ли ему промыть глаза, и поможет ли это вообще?
— Нет, промывать глаза — плохая идея. Мало ли не получится найти пресной воды в ближайшее время, — Александр рассуждал об этом вслух, отвечая на свои собственные мысли. Чтобы не потеряться в той мешанине, которая наполняла его голову. Он спешно, на сколько мог, сложил вещи обратно в рюкзак, придвинув его ближе к себе.
— Ревизию проведём позже, в более безопасном месте. — решил он, прижимая рюкзак к груди и опираясь на всю ту же груду обломков, которую теперь он мог рассмотреть более детально. Мысли в голове снова начали путаться, но Александр пытался удержаться за последние воспоминания, те самые, которые были до потери им сознания с последующим пробуждением непонятно где. — Так, а какой сегодня день… и что вообще произошло? — он напрягся, пытаясь вспомнить события, предшествовавшие его нынешнему состоянию. Но стоило начать перебирать в голове прошлое, как её вновь пронзила стремительная волна боли, хоть и терпимой, но до ужаса неприятной.
— Да-да, я уже успел соскучиться по тебе. — хмыкнул он с иронией, погружаясь в воспоминания окутавшие его непрерывными пульсациями чего-то совсем нового по ощущению, но такого родного и даже теплого.