Знакомый до боли голос раздался совсем недалеко. В тумане, правда, расстояние всегда кажется обманчивым, то, что слышится близким, на самом деле находится далеко, и наоборот, но теперь я совершенно отчетливо слышал голос Вайнова. И тут же понял, что никакая это не слуховая галлюцинация, а самый настоящий Вайнов, мой старший товарищ, разговаривает в серой мгле, невидимый сейчас для меня.
Значит, все-таки сработал второй вариант. Эх, а я не верил.
Но сейчас это не важно. Я вскочил с места, обернулся в сторону звука и заорал, что есть мочи:
— Александр Владимирович, слышите меня?! Это я! Где вы?
Ну конечно, как я мог сомневаться? Все-таки, Вайнов альпинист с мировым именем, прошел маршруты, которые мне и не снились. Я со своими уникальными особенностями еще только могу лишь мечтать повторить его путь.
И конечно же, поразмыслив и осмотревшись, он обязательно должен был найти выход из той западни, в которую его заперла гора. Как же мы смели сомневаться в его способности выпутываться из самых отчаянных ситуаций, черт подери?
Некоторое время после моих криков царило только изумленное молчание. А потом где-то в тумане, выше по склону, со стороны ледника, снова раздался неуверенный голос Вайнова, явно не верящего в то, что слышит меня:
— Сохатый? Это ты?
Я уже быстро одевался, лихорадочно напяливал на себя всю одежду и смотрел во все глаза в сторону ледника.
— Да, это Сохатый, собственной персоной! Вы где находитесь, Александр Владимирович? Можете двигаться?
Потом я подумал, что если они тащат раненого товарища и еще волокут другого, у которого ум за разум зашел от горняшки, то им лучше подождать меня, чем торопиться по коварному ненадежному ледяному склону. Поэтому я оделся, нацепил на ноги «кошки», взял ледоруб и горнолыжную палку и бросился к леднику, а на ходу добавил:
— Хотя, лучше оставайтесь на месте, сейчас я сам подойду к вам!
Ответом мне было полное молчание. Я на мгновение даже решил, что это все-таки была слуховая галлюцинация на фоне усталости и перепада высот, но затем Вайнов ответил:
— Да мы и так стоим тут на месте, отдыхаем. Двинуться не можем. Так что не боись.
Ну и отлично. Мне так и хотелось увидеть их как можно скорее, но я взял себя в руки и заставил себя двигаться спокойно и даже чуток медленно. Не хватало еще напороться на трещину или обрушить пустяковую лавину и оказаться под ней сейчас, как раз в тот момент, когда я почти достиг цели своего путешествия.
Поэтому я шел осторожно и то и дело проверял дорогу перед собой. Предосторожности оказались совсем не лишними.