— А ты что же, думаешь, это самое плохое решение? — тут же набычился Гущев. Ну да, зря я вообще с ним заговорил. Он и так все искал случая устроить со мной ругань и ссору, а вот теперь я дал ему повод. — Ты думаешь, что надо быть храбрым и отправиться сейчас, в самую мерзкую погоду, спасать людей, застрявших на горе. А ты знаешь, что в таких случаях рекомендуют инструкции и правила?
Ну конечно, я знал, что в правилах не рекомендуется организовывать спасательные работы в условиях риска для жизни других альпинистов. Там каждый пункт написан кровью и эти правила, конечно же, не просто так придуманы.
Но мы же все живые человеки и разве можно вот так сидеть, слепо придерживаться правил и ждать погоды? Хотя да, на самом деле можно. Причем не только можно, но и нужно.
— Знаю, но попытаться все равно можно. — глухо ответил я.
Тогда Гущев взбеленился. Думаю, он давно уже хотел устроить мне выволочку и вот теперь дождался удобного момента.
— Да что ты вообще знаешь о поисковых работах в горах, щенок? — заорал он, а ветер швырял в нас пригоршни снега. — Да ты знаешь, что эти парни сейчас рискуют своими жизнями, для того, чтобы спасти других, сидящих на скале? И ты знаешь, что риск в таком случае становится слишком высоким, неоправданно высоким? Ты думаешь, что я тут тоже сижу такой черствый, трусливый и глупый и не хочу даже высунуть нос из укромной норки, как какой-нибудь хомяк? Ты думаешь, что ты сейчас мог бы пойти и помочь своему дружку Вайнову? Ну тогда давай, иди и сделай это!
Я не стал с ним ругаться. Бесполезно, видно же сразу, с первого взгляда. Такого человека не переубедить, наоборот, он сам постарается вывернуть тебя наизнанку.
А если же я двину ему кулаком в щекастую рожу, как мне уже давно хотелось, то скандала тоже не обернешься. Он поднимет вой до самых небес, а наша ситуация и так находится под пристальным вниманием руководства.
А если уж Гущев начнет вонять, то весь этот визг и хай-вай долетит до начальства. И Комиссарову наверняка не поздоровится, за то, что взял меня на гору в нарушение инструкций. Ладно, безопаснее будет просто свалить отсюда, с глаз долой от этого крикуна, брызгающего слюной.
Поэтому я молча развернулся и отправился в свою палатку. Благо, что они у нас с Гущевым разные. Слишком долго его общества я бы все равно не перенес.
— Ты куда пошел, я с тобой разговариваю, — прокричал вслед Гущев, но не стал меня останавливать, а только что-то истерично орал в спину. — Стой, остановись, я хочу поговорить с тобой! Какого хера ты уходишь?
Но я его уже не слушал и залез в свою палатку. Делать здесь, кроме как спать, больше нечего, поэтому я забрался в спальник и постарался отключиться. Тем более, что я плохо спал ночью.