— О вашем будущем. **
Винсен
Я был на другом конце страны, когда пришло послание от Филиппа. Кузен получил какие-то важные новости от одного из своих многочисленных шпионов, но сам не мог заняться делом.
Клирики. Они очень неохотно кого-то допускали в свою вотчину, что и было одной из причин выбрать именно эту стезю, когда передо мной встал выбор. Я был еще совсем юн, когда Роан занял трон, и наша семья довольно быстро подмяла под себя все, начиная от финансов и заканчивая военной сферой.
Но клирики… их упрямство и независимость ото всех, могли стать угрозой. Слишком своенравные, подчиняющиеся только им одним ясным правилам, они могли пойти наперекор даже королевской воле.
И тогда я выбрал путь Рыцаря. Годами я вгрызался в старинные тексты, изучал правила и военное искусство, которое так сильно отличалось от привычного нам. Не тупая сила и мастерство. Эти люди развивали чутье, силу крови и волю. И при этом так истязали себя упражнениями, что даже мне, после подготовки в Твердыне, было не просто. Но я выстоял.
Темные ведьмы, злые колдуны, опасные настолько, что я побеждал на чистом везении и иногда благодаря силе семьи. Мне потребовалось восемь лет, чтобы получить титул. Но теперь мое слово имело неоспоримый вес. А семья получила влияние в последней, незакрытой сфере.
И вот теперь Филипп весьма встревожено писал, что наши святые отцы самостоятельно решили обезопасить династию. Убить душу ради мнимого блага. Ни я, ни братья не верили, что девушка, пусть и внебрачная дочь прежнего короля, способна нанести хоть какой-то вред стране своим существованием. А вот навлечь на нас праведный гнев и накрыть семью черной вуалью «невинной жертвы», без слов проклясть своих убийц, она была способна. Какой бы слабой ни была кровь в ее венах. И допустить этого я не мог.
Я едва не опоздал, почти загнал лошадей. Дверь внутреннего двора скрипнула, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы глаза после полумрака привыкли к свету. Но когда это случилось, я чуть не зарычал от злости. Они уже все подготовили. Стол, председатель комиссии, секретари и помощники… и костер за ее спиной. Большой и внушительный, почти собранный по всем правилам.
И в центре всего этого стояла невысокая, явно исхудавшая за последние недели, девушка. Грязные волосы непонятного цвета космами свисали по обеим сторонам бледного лица. Изодранные лохмотья, когда-то бывшие платьем, едва прикрывали тело. Исколотые ноги и исцарапанные, даже под слоем грязи, руки.
Но под налетом отчаяния, боли, ее глаза сверкали праведным гневом.