(За спинами аппараты со сжатым воздухом АСВ)
Когда приехали к месту, парни из других караулов уже тушили. Водителя мы оставили у входа. Старший, кто командует при тушении, один. Называется официально «руководитель тушения пожара», сокращённо РТП. Он поставил нам задачу следовать в квартиру на помощь. Как правило, пару человек со стволов тушат. Остальные разбирают то, что горело, вытаскивают, что ещё не тронул огонь, вскрывают места, чтобы ствольщик мог полностью пролить водой очаг. Мы включились в аппараты со сжатым воздухом. Время работы в них примерно пятьдесят минут. Много это или мало? Если очаг рядом и его искать не нужно, то воздуха достаточно. Физически за полчаса интенсивной работы успеваем потушить и проветрить помещение. Если же сложная планировка, подвал, например, тогда б о льшую часть воздуха тратишь на дорогу. Ещё бы поработал, а уже обратно идти пора. Не хватает этого времени. И всегда хочется запас воздуха увеличить. К тому же в работе кислород тратится быстрее, чем в состоянии покоя.
Когда воздуха в баллоне остаётся мало, звучит звуковой сигнал. Это уже критичный вариант. Звучать в зоне задымления сигнал не должен. Нужно постоянно следить за давлением воздуха на шкале манометра. Есть формула, по которой считаешь, сколько времени тебе нужно работать, чтобы успеть вернуться из зоны задымления. На входе, кстати, дежурит постовой на посту безопасности. Он оповещает звено обо всех изменениях, что увидит снаружи. Также его задача – проводить расчёты и по рации предупреждать, когда нужно выходить. Но всё-таки нам, пожарным, нужно и самим следить за количеством воздуха. В нём – наша жизнь. А расчёт, он несложный. Давление в баллоне, которое показал твой манометр при включении, делишь на три. Одну треть воздуха из баллона потратил, пора возвращаться. А если нужно кого-то спасать? А если недавно пришел? Как быть? Тушить или назад? По инструкции —возвращаться.
(Горело на четвертом)
И вот мы поднялись на этаж. Горело на четвёртом.
На лестничной клетке никого нет. Людей со смежных этажей уже вывели. Мы повернули в коридор к горящей квартире. И вот тут произошло то, что стало для меня уроком на будущее.
Фонарь – у командира, который идёт впереди меня. Воздух вокруг нас постепенно теряет свою прозрачность. Плюс темно от отсутствия естественного света. И вот уже ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Как в молоке. Под ногами – пожарные рукава. Можно споткнуться и упасть. Я, приноравливаясь к шагу командира, иду за ним. Моя рука в пожарной перчатке – на его баллоне, как и было условлено. Шаг за шагом. Внезапно я спотыкаюсь, и рука отпускает баллон. Всего мгновение, а командир исчез. По ощущениям – впереди стена, а куда поворачивать: влево или вправо? Не знаю.