— Леди Бергова, — поприветствовал я ее, галантно целуя воздух над ее рукой. — Наконец я лично могу поблагодарить вас за то, что согласились представлять наше ателье. Признаюсь, вы затмеваете всех вокруг своей красотой.
Изабелла улыбнулась, и в ее глазах мелькнул огонек.
— Каков льстец. Но мне нравится. Скажите, Максим Николаевич, это правда, что вы приготовили для меня что-то особенное?
— Абсолютная правда, — кивнул я. — Уверен, вы будете в восторге. Позвольте проводить вас в гримерную?
Пока мы шли, я кратко рассказал ей о концепции ее выхода. Глаза Изабеллы загорелись от предвкушения.
— Это звучит потрясающе! Я польщена, что вы выбрали меня для такой роли. Правда, для меня подобное впервой.
— Вы единственная, кто мог бы справиться с этим, — ответил я. — Удачи вам. И помните, весь зал будет у ваших ног.
Оставив Изабеллу в руках наших стилистов и гримеров, я вернулся в зал. Гости уже заняли свои места, воздух был наполнен предвкушением.
Я заметил, как в зал вошел первый принц, Петр Алексеевич. И вот его появление вызвало настоящий переполох. Он выглядел безупречно в своем темном костюме, его глаза внимательно осматривали помещение.
Наши взгляды встретились, и я слегка кивнул ему. Наследный принц ответил едва заметным кивком и занял свое место в первом ряду.
Наконец, все было готово. Я подал знак, и свет в зале начал медленно гаснуть. Мягкие звуки оркестра наполнили воздух, создавая атмосферу волшебства и предвкушения.
Показ начался. Одна за другой на подиум выходили известные актрисы, демонстрируя наши творения. Мы открывали сегодняшний вечер.
Каждый выход сопровождался вздохами восхищения и аплодисментами. Художники быстро набрасывали эскизы, запечатлевая самые яркие моменты.
Я наблюдал за происходящим, чувствуя, как растет напряжение в зале. Все ждали главного события — выхода Изабеллы.
И вот настал этот момент. Музыка изменилась, став более драматичной. Свет на подиуме погас, оставив лишь едва заметное мерцание.
И тогда она появилась.
Изабелла вышла на подиум, и зал замер. Ее платье, созданное из легчайшего шелка, словно струилось вокруг нее, меняя цвет от нежно-розового до глубокого пурпурного с каждым движением. Драгоценности, украшавшие ее шею и уши, мягко мерцали, создавая иллюзию, будто сама ночь усыпала ее звездами.
Макияж, более смелый, чем обычно принято в высшем обществе, подчеркивал ее естественную красоту, делая взгляд глубоким и загадочным. Ее волосы были уложены в сложную прическу, украшенную живыми цветами, которые, казалось, росли прямо из ее золотистых локонов.