Кабрио: Вижу две таких. Придётся пробовать методом тыка.
Шери: Ладно, мы наверху ждём. Как увидим тебя, сразу свистнем.
Смахнув панель чата, Кабрио направился к той скале, что была южнее и чуть ближе. Он позволил себе ускориться, но несильно. Поддержание жизненно-важных нитей требовало высокой концентрации, которая сбивалась от чрезмерного усиления экзоскелета.
По пути на него дважды напали мантикоры. Отбиваться от них оказалось нелегко, всё по той же причине: Кабрио не мог задействовать магию в полную силу и вынужден был сдерживаться.
Наконец он добрался до скалы и открыл чат.
Кабрио: Видите меня? Восточнее и чуть севернее скалы.
Шери: Не-а. В шесть глаз смотрим, не видим.
Кабрио: Значит, ошибся, и нужно было бежать к северной…
На перемещение ушло ещё полчаса, и на подходе к возвышению чат пиликнул новым уведомлением:
Шери: Видим тебя! С юга идёшь! Видишь нас?
Кабрио: Сейчас поднимусь и увижу. С какой стороны к этой скале лучше подступиться?
Шери: С северо-запада. Там норм подъём есть.
Шери: Мы тоже спустимся, встретим тебя.
Когда странник обогнул скалу по кругу, навстречу ему уже спускались двое союзниц и мужик в алой рясе. Школьница неслась впереди всех, распахнув руки для объятий. Но в последний момент остановилась, заметив, в каком Кабрио состоянии.
— Кабрио, кто тебя так⁈ — выпалила девочка, разглядывая его множественные раны, светящиеся голубым светом от скреплявших их нитей.
— Враги, кто же ещё, — ответил парень.
— На всякий случай уточню: враги говорящие или нет? — спросила Зора.
— Говорящие. А если надавить вот здесь и вот здесь, то вопящие в панике.
Мечница хмыкнула, испытав гордость за своего лидера, но затем отчего-то нахмурилась.
— Исподтишка я на них не нападал, если тебя это беспокоит, — пошутил Кабрио.
— Нет. Беспокоит меня то, что когда твоя жизнь была в опасности, меня не оказалось рядом, — произнесла женщина.
— Ты как с такими ранами жив-то вообще? — сменила тему Шери. Хоть она и старалась придать себе несерьёзный вид, Кабрио заметил, что губы её чуть дрогнули.
— Окажись повреждения чуть серьёзнее, я бы и правда помер. Моими нитями можно залатать любые раны, но вот уничтоженных органов они явно не заменят.
— Тогда будь ты, блин, осторожнее! — упрекнула его девочка.
— В следующий раз сама выйдешь одна против четверых и покажешь мне, как в таких обстоятельствах «быть осторожнее», — сказал Кабрио, после чего перевёл взгляд на священника.
Тот, как обычно, смиренно стоял в сторонке и ждал своей очереди.
— А ты почему вместе с ними?
Поняв, что обращаются к нему, монах в алой рясе тоже вышел вперёд: