— Ну, это же совсем просто, — укоризненно сказала Милана. — Вы бы и сами могли легко догадаться, если бы взяли на себя труд хоть немного подумать. Смерть ведь не проходит бесследно. Во-первых, теряются воспоминания. Во-вторых, даже если вам удастся сохранить большую часть воспоминаний, вы всё равно не останетесь прежними. Воспоминания — это важная часть личности, но это далеко не вся личность, понимаете? Вы будете совершенно другими людьми, с иными характерами и привычками, просто будете помнить что-то о прошлой жизни, вот и всё.
А ведь это действительно имеет смысл — я вспомнил рассказ Драганы о человеке, который был профессором геометрии, а после перерождения стал музыкантом, и ни о какой геометрии и слышать не желал. А потом мне пришла в голову мысль: а я-то тот же самый человек, что жил в другом мире? А ведь похоже, что и в самом деле не тот — очень многое говорит о том, что здешний я очень сильно отличаюсь от того.
— Ну и в-третьих, у вас сейчас прекрасные возможности для возвышения, — продолжала она. — Вряд ли вам так же повезёт после перерождения. Согласитесь, вам будет совсем непросто идти по пути Силы, если вы родитесь обычным пахарем, а ваша жена — дояркой. Особенно в каком-нибудь неудачном месте вроде Польши или Валахии[10].
[ 10 — У нас и в наше время Валахия является частью Румынии. ]
— Что-то это не сильно похоже на бессмертие, — печально заметил я.
— Я так и сказала, что это всего лишь подобие, а не истинное бессмертие, — пожала плечами она. — Вот когда вы станете способны переходить в духовную форму, тогда и сможете умирать без потери личности. Хотя там вас и без этого будет практически невозможно убить.
— А духовную форму можно уничтожить?
— Конечно, — утвердительно кивнула Милана. — Духов ведь так и убивают — просто выдавливают из них всю энергию. Кое-что, конечно, остаётся — дух уничтожается не до конца, и в принципе, может пройти путь сначала. Что будет в вашем случае, даже не представляю — возможно, вы и после духовной смерти сможете со временем возродиться вместе, но там ни от памяти, ни от личности ничего, конечно, не останется. Словом, Морена совершенно права — умирать вам не стоит.
— Я собрал вас сегодня, чтобы обсудить новое прибавление в активах семейства, — объявил я, обводя взглядом присутствующих, которые слушали меня с неотрывным вниманием. — Но сначала небольшое разъяснение. До вас уже наверняка доходили слухи, что семейство Арди потеряло доверие князя, вызвало его гнев и сейчас покатится вниз.
Напряжение было так велико, что ощущалось буквально физически. Эти разговоры явно уже дошли до всех, и я с чувством вины подумал, что надо было не мучить людей неизвестностью, а объяснить всё сразу. Но я забегался с передачей прииска и совершенно упустил из виду, что мимо наших слуг такие слухи никак не пройдут.