Меня больше поразил подарок Алины, который она создала сама — веточка ландыша, на верхнем изгибе которой сидела, скрестив ножки, фея с прозрачными крылышками и лицом Ленки. Это было сделано из какого-то материала, окрашенного в нежные пастельные тона, и накрыто прозрачным стеклянным колоколом. Искусность работы и проработанность деталей потрясала, а лепестки цветков были такими тонкими, что почти просвечивали насквозь.
— Лина, из чего это сделано? — поражённо спросил я. — И как это хранить? Это же может сломаться от малейшей тряски.
— Нет, от тряски не сломается, — улыбнулась Алина. — Это монокристаллический лёд с небольшими примесями для цвета. Ронять не стоит, конечно, но если обращаться осторожно, то всё будет нормально.
— А этот лёд не растает?
— Не растает, это не водяной лёд.
— Невероятная работа, — совершенно искренне сказал я. — Ты настоящий талант, Лина.
— Мало кто может сравниться со мной в работе со льдом, — пожала она плечами. — Аспект сильно ограничивает, но и многое даёт взамен.
Гостей я провёз по поместью, хотя у нас пока похвастаться было особо нечем, разве что нашей усадьбой да посёлком слуг. Святилище — это только для членов семьи, базу охраны посторонним видеть ни к чему, а больше у нас ничего и не было. Прочая территория ещё только благоустраивалась, и работы там было ещё на пару лет, прежде чем рабочие проложат все дорожки и аллейки, и поставят многочисленные беседки и павильоны.
Так что гулять мы не стали, тем более что недолгие осенние солнечные дни уже закончились, и зарядили бесконечные мелкие дожди. Погода стояла совсем не для прогулок, и экскурсия быстро закончилась в малой гостиной.
— Где ваша Кира-то? — полюбопытствовала Алина.
— Я отправил её на курорт, — ответил я. — Приказал найти там пару горячих парней и как следует оттянуться.
— Как бы ей хуже не стало от твоего доморощенного лечения, — поморщилась мама и пояснила для Алины: — У нас есть прекрасный психолог, я предлагала её Кеннеру, но он решил по-своему.
— Я уверен, что девушка в её возрасте вполне способна справиться со своими психологическими проблемами без чужой тётки, которая копалась бы у неё в душе, — фыркнул я. — Немного отвлечётся, первоначальный шок уйдёт, и вся влюблённость рассеется как дым.
— Не знаю, может быть, ты и прав, — вздохнула мама. — Я в своё время очень тяжело переживала. Если бы меня Ната Менцева не поддержала, не знаю, как бы я всё это перенесла.
А ведь и в самом деле, Борис Ярин её тоже по сути предал — сразу же отказался от неё, как только Ольга её выгнала. С отцом мне действительно не повезло — такими папашами не гордятся. Хорошо ещё, что он осознал ситуацию и от нашей семьи держится подальше, а то ведь я мог бы не выдержать и взять на душу грех.