— Надо было сразу оцепление вокруг квартала замыкать.
— Все вы умнее командиров, — недовольно откликнулся тот. — Чем замыкать-то? Поначалу одна наша дежурная сотня здесь и была.
— Вот они и ушли.
— Далеко не уйдут. Сиятельная двоих взяла живыми, их уже распотрошили. Портреты бегунков готовы, повезли их в типографию срочно размножать. Награда за их главного пятьдесят тысяч, сказали, что нашим тоже дадут, если сами поймаем.
— Сколько? — в один голос ахнули ратники.
— Пятьдесят тысяч гривен, — раздельно и со вкусом повторил начальник. — Но это за живого. За мёртвого десять. Двое остальных подешевле — пять тысяч за живого, и тысяча за мёртвого.
— За такие деньги их мама родная продаст, — убеждённо сказал десятник.
— Вряд ли уйдут, — согласился тот. — Но вы как следует ищите, а то на эти деньги много желающих. Наши говорят, господин нанял всю Вольную гильдию, целиком. Сейчас тысяч десять вольников начинают выходы из города перекрывать. Стражу тоже подняли. Даже бандитам весточку передали, ихняя шелупонь уже на улицы вывалила, шерстят все норы, где спрятаться можно. В общем, давайте заканчивайте здесь и подходите к месту сбора — будем распределяться кому в патрули, а кому вместе со стражниками по домам ходить.
— Сейчас подойдём, старший, — откликнулся десятник. — Но мы на всякий случай сначала ещё разок по дому пройдёмся как следует, раз уж такое дело. Да и подвал тоже посмотрим. Давайте, парни, начинаем с чердака, и повнимательнее.
После того как ратники Арди ушли наверх, беглецы некоторое время молчали.
— Что, командир, нам конец, кажется? — шепнул Филин.
— Прорвёмся, — ответил командир без особой уверенности. — Только домой нам нельзя, за такие деньги нас свои же сдадут. Пойдём через Ливонию на запад, а там заляжем поглубже. Нам сейчас главное из города выбраться. Придётся посидеть здесь несколько дней, пока всё не успокоится.
— Да что это за девка такая, командир, из-за которой весь город на уши поднимают? — с тоской спросил Замир. — Зачем им столько денег на нас выбрасывать? Для чего мы им вообще нужны?
— Для того чтобы нас очень больно убить. Что тебе непонятно, Замир? Мы же подняли руку на аристократку, здесь честь семьи задета. Арди не успокоятся, пока с нас показательно шкуру не сдерут, чтобы другим неповадно было. Нам живьём попадаться никак нельзя. Я не собираюсь, и вам не советую. Ладно, сидим тихо, может, и пронесёт.
— Ну что ж, давайте подводить итоги, — объявил я, усаживаясь во главе стола. — Итоги промежуточные, поскольку история ещё не закончена. Давайте повторим всё, что нам по этому делу известно. Начинай ты, Станислав.