— О-о-о! — только и сумел выдавить Киоси.
Я же промолчал — нечего радовать этого злого старикана.
— Бежим! — скомандовал я и подскочил к реке.
Сумерки уже накрыли водную гладь, щедро разбросав белесые пятна тумана. Повязки легли на глаза. Я двинулся вперед.
Столько было попыток и всё напрасно. А почему? В большинстве своём потому, что нога соскальзывала ближе к центру реки на гладком камне. Я пытался ставить подошву под разными углами, но она всё равно соскальзывала, и ваш непокорный слуга срывался в воду. А если…
Повязка не давала возможности ничего увидеть, но я включил внутреннее зрение. Услышал журчание воды. Она своими звуками давала понять, что впереди находится препятствие, которое успешно огибает. И это препятствие можно преодолеть лишь…
Я прыгнул!
Прыжок получился не очень красивым, поскольку заживающая нога не дала воспользоваться в полной мере наработанными возможностями. Но мне этого и не надо. Я прыгнул, выставив здоровую ногу и, даже не приземлившись толком, тут же выстрелил ступней вниз. Получился своеобразный щелчок, давший мне шанс пролететь немного дальше.
Ступня за краткий миг просто не успела соскользнуть с мокрого камня и отправила моё тело на следующий камень, который оказался гораздо устойчивее предыдущего. Боль полоснула по груди, но я только вздохнул и скакнул дальше. Скакнул туда, где журчала вода, обозначая каменную преграду.
Я бросил назад:
— Киоси, слушай воду! Она подскажет, куда прыгать!
— Мне больно! — проныл тот.
— Терпи! Если не выдержишь, то можешь не вернуться! Я тебя спасать больше не буду!
Конечно же буду. И сразу же стяну повязку, как только услышу очередной «бултых». Но если взять на вооружение мотивацию сэнсэя, то стоило быть чуточку жестоким.
Кругом темнота. Журчание воды и жалобные постанывания за спиной. В груди огонь. Он разгорается и захватывает всё новые и новые участки тела. И что самое плохое — его не остановить исцелением! Я пробовал направлять синеватый дым. Бесполезно. Остается только одно — допрыгать до конца.
Или же сорваться в воду и начать всё с начала.
И не успеть…
Похоже, что мы всё-таки допекли сэнсэя, раз он пошел на такие меры. Что же, я на его месте поступил бы также — не доходит через голову, дойдет через задницу. Майор Слава Соколов тоже был сторонником этой философии, поэтому частенько заставлял бежать сквозь ночь в полной боевой нагрузке.
Спринт с шестьюдесятью килограммами на плечах это тебе не плитка шоколада. Это язык на плече и пот градом. Это падение, поднятие и снова изнуряющий бег. Иногда сквозь град и вспышки молний. По скользкой лесной хвое, по болотам и через упавшие бревна. Это наказание, направленное на обучение, чтобы потом было легче выживать.