Но так было не всегда. Мой путь не начинался с ковровой дорожки, устланной розами. В школе я много лет провела в сценарии довольно жесткого буллинга. Дети меня не любили: я была самой высокой в классе, стеснительной, в больших очках, суперинтеллигентной и тихой дочкой профессоров, в совсем не подходящее для этого время – 90‐е годы. Родители и учителя никогда не вмешивались и делали вид, что ничего не происходит. Поэтому из детства я вышла крайне неуверенной девушкой с букетом психосоматики и неврозов, с кучей страхов, тревожным расстройством, паническими атаками и ощущением, что я – полное ничтожество.
Впервые в жизни свет в окошке я увидела в 15 лет, когда задумала поступить на психологический факультет. Так я и сделала. На первом курсе, когда мне было 17, я познакомилась с бывшим мужем и рано вышла замуж – в 21 год. Сама того не осознавая, я надеялась, что замужество станет моим спасением. Тогда я еще не понимала, что исцелиться могу только сама. Меня не может «спасти» другой человек. Отношения я строить совершенно не умела и ожидала от мужа слишком многого. Вроде все было прекрасно, но только этого мне было мало. В результате мы развелись, и к моей куче проблем добавились клиническая депрессия и полное нежелание жить. Я осталась с годовалой дочкой в съемной однушке на окраине, без мужа, без работы, без денег и без друзей.
Сделаем стоп‐кадр. В этой сцене мне 24 года. И я живу в состоянии жертвы, чувствую себя неудачницей по всем фронтам и виню обстоятельства. Я – жертва на 10 из 10. Именно тогда я достигла символического дна и начала «всплывать». Именно тогда я решилась отпустить свою зависимую позицию и начать взрослеть. На бумаге это выглядит просто, но на деле это было самое сложное испытание в моей жизни.
Следующие 14 лет я посвятила тому, о чем расскажу вам в этой книге. Да, могла остаться в яме еще на 24 года: в обиде на мужа, который ушел от меня, на родителей, которые меня не защитили от травли в детстве, и еще много на кого. Но какой‐то проблеск здравого смысла говорил, что дело во мне, а не в них, и я могу изменить свою жизнь, если захочу. И я захотела.
«Карты» на тот период жизни у меня были паршивыми, откровенно говоря, только один козырь, за который я и уцепилась изо всех сил. Этим козырем было психологическое образование. И я бросила все свои силы на то, чтобы понять, почему моя жизнь сейчас именно такая и могу ли я это изменить при помощи психотерапии. Психология стала не только моим образованием, профессией, но и буквально спасательным кругом, образом жизни и миссией. Позже я много раз думала о том, что Боженька повел меня по жизни этой странной и трудной дорогой, чтобы я вышла к «свету» и провела к нему других.