— Вас оставалось только трое! — проговорил я, шагая к ним.
Но тут издалека раздался пронзительный свист милицейского свистка. И это подействовало на пацанов, которые ринулись в пространство между домами. А я склонился над Кудрявым и вложил в его пальцы его нож, а в другую руку — кастет.
— Это тебе, чтоб в особом месте тебя научили за базар отвечать, — буркнул я, замечая вдали бегущих сотрудников.
И тоже рванул в застройку, чтобы снова не рассказывать сотрудникам, что я не верблюд.
На бегу размышляя, что я имею по итогу боя: Кудрявый — минус, Третий — минус. Сейчас их примут с оружием. А как ребята узнали, что взял билеты именно до автовокзала, а не до какой-то другой остановки Воронежа? Видать, тот таксист спросил у кассирши. Надо будет его проучить.
Да и парни из Курска тут где-то квартировались — где-то, куда можно позвонить и предупредить, что Медведев едет в город, а потом перезвонить ещё раз и сказать, до какой остановки.
Избавившись от оружия и преследователей, я нашёл горсад, это было несложно — над ним кружило «Чёртово колесо». И немного побродив там, нашёл Гену с двумя девушками. Губки одной из них были надуты, словно шарик. Ещё бы — я взял и исчез. Однако от Аниных предъяв я как-нибудь уж отболтаюсь — второе свидание как-никак.
— Саш, у тебя правая рука в крови, — шепнул мне Гена.
— Спасибо, — кивнул я.
И пока девушки покупали сахарную вату в этом людном месте с каруселями, я пошёл к фонтану и «умыл» там руки, сполоснув заодно и лицо. Надеюсь, я этих отморозков больше не встречу. А со своим Шмелём пусть сами решают.
За эту неделю я часто вспоминал тот вечер — вечер, наполненный девичьим смехом и кровавым боем с приезжей гопотой. С которой, кстати, я поступил, по моему мнению, максимально мягко. Правда, мы с Геной потратили почти все деньги и на тренировку к Кузьмичу в тот вечер не успели, зато успели на фабрику. Успели потому, что я подошёл к тому самому таксисту в Колодезном и заказал поездку к КПП, а по приезду вывел его поговорить.
Всё оказалось так, как я и предполагал: кто-то из воронежских дал ему мою карточку, пообещав поддержку в сложных вопросах, если он, увидев меня, позвонит по номеру. Итого, после апперкота в корпус я забрал своё фото, на котором с другой стороны был номер.
С таксистом я, кстати, за поездку расплатился по счётчику — я ж не грабитель. А, позвонив с таксофона по номеру, был удивлён: на другом конце взяли трубку и официально ответили:
— Дворец культуры имени пятидесятилетия Октября. Концертный директор Брустицев Николай Петрович.