В коридоре пусто, звонок еще не прозвенел. Выдыхаю облегченно, не хочу ни с кем встречаться.
Не очень это, когда тебя все знают, а ты — никого.
Ощущение — будто у тебя реальная амнезия.
Иду в туалет, чтобы умыться.
Металлическая раковина быстро наполняется водой, окрашивается в алый цвет. Чуть запрокинув голову, считаю до десяти. Наконец, кровь останавливается.
Бодренько смачиваю волосы водой, приглаживаю их пятерней, чтобы не торчали.
Теперь я похож на человека, — констатирую я.
Из туалета прямиком иду под лестницу в подсобку к Сан Санычу, где устраиваюсь на табурете напротив него. Мужчина не спешит начать разговор, и я оглядываюсь по сторонам вытянутого узкого помещения без окон. На полках вдоль стены от пола до потолка, расположился подсобный инвентарь, в помещении стоит затхлый запах, в углу пристроились метла и лопаты.
— Ну, рассказывай, чего от тебя хотели эти отморозки? — мрачно спрашивает Саныч.
— Сотку.
Завхоз присвистывает, услышав сумму.
— Долг?
— Нет, просто наехали, — говорю я, бросая взгляд на его деревяшку вместо ноги.
Сан Саныч ловит мой взгляд.
— Я в войну потерял ногу. Как и твой отец, воевал.
У меня есть отец?
— Слышал я твою историю, — начинает завхоз. — За Светку Горшкову вступился.
За какую еще Горшкову?
— За одноклассницу. Говорят, с детства вы с ней дружите. Она что на одной площадке с тобой живет?
Киваю, понятия не имею, возможно, живет.
Выходит, влетел я на бабки из-за своей соседки по площадке Светки Горшковой.
Мутная история по ходу. Вопросов пока больше, чем ответов. Зачем мне это понадобилось?
— Я решил вмешаться, помочь, — говорит завхоз.
Ну, разогнал он их сегодня. А в другой день, где буду я и где он?
Не, в помощниках не нуждаюсь. Сам справлюсь.
Если эти отморозки и на завхоза полезут с кастетами, встреться он с ними вне стен школы? Мне еще и чувство вины на себе тащить? Не дело это подставлять кого-то из-за своих проблем.
Проблемы, конечно, не мои, а Сомова Макара, но раз уж мне досталось его тело, то я должен его отстаивать.
Если и это тело порешат, где мне обитать?
Похоже, там, откуда я сюда попал, моего тела больше не существует. Внедорожник раскатал его всмятку.
Значит, будем биться за то, что имеем!
— Ты не стесняйся, я уже в курсе, что там было.
— Я не стесняюсь, — жму плечами.
Просто не в курсе, — хочу добавить, но помалкиваю.
— Сам слышал в прошлый раз ваш разговор с Гришкой Ковалевым.
— Который разговор? — уточняю уклончиво. Я-то не в курсе о чем речь, а мне позарез надо знать каждую деталь.
— Ну, тот, когда он спрашивал: «-Защитник нашелся, твоя девчонка?»