— Мы за тебя болели, между прочим, — улыбнулась розовая.
— Слышал, — вернул улыбку я.
— А че тебя срубило-то? — спросил лоснящийся толстячок лет семнадцати.
— Психанул, — ответил я, — сказали, потому что пик роста, сосуды не успевают за костями и все такое.
Пошли похабные шутки про самые важные сосуды, которые корень питают, главное, чтобы они успевали, иначе машинка работать не будет. Гоготали они так, что дрожала земля — явно этим товарищам не хватило кэвээна.
— Вы реально самые крутые, — продолжала цивильная девушка. — Остальные команды — скука и детсад.
— Оленьку не трожь! — не согласилась розовая.
— Ладно: скука, детсад и Оленька.
Парни захотели с Оленькой познакомиться, а я с Мановаром отправился назад, полностью успокоившись, что не поднял панику в рядах загипнотизированных людей. Ничего сверхординарного не произошло. Несколько человек истерили, это списали на несогласие с результатами голосования. Что горгулья на жюри кидалась, тоже за странность не сошло — дура, что с нее возьмешь. А кого проняло уж слишком сильно, те стесняются об этом говорить.
Наверное, дав карты мне в руки, мироздание как-то попыталось меня обезопасить. Вряд ли мне ответят на этот вопрос, но попытаюсь его задать, все-таки свидание с Ноо возможно уже сегодня.
Наши высыпали на улицу. Илона Анатольевна была с ними, дрэк, наверное, уже уехал, как и остальные учителя. Жаль, я не вышел на сцену вместе со всеми и не видел, как радовались нашей победе зрители, как нас хвалили, как смущается декоратор-Боря, как цепенеет от радости Гаечка, все-таки она проделала сложнейшую работу.
Мама, бабушка и Ирина в мини-юбке, одетая, как девочка, нацепившая розовую повязку с бантом, стояли недалеко от ребят и ждали меня, чтобы увезти домой.
Подумать только, вся эта толпа ждет — меня!
Сперва я подошел к ребятам, уверил, что со мной все в порядке, но — слабость, потому гулять я с ними не пойду. В голове прояснилось, потому я спохватился и спросил:
— А декорации где?
— Их дрэк хочет забрать в школу и сделать школьный музей с нашими достижениями, — сказал Илья. — Он домой убежал, на машине приедет и все заберет. Декорации тут физрук стережет.
— Хитрый дрек, — улыбнулся я. — Когда Боря прославится, эти декорации будут стоить миллионы долларов. Давайте, отдохните и за меня тоже!
Затем я помахал бабушке, и мы двинулись к машине. Возле клуба места на парковке не оказалось, и пришлось переходить дорогу.
Давно я так не утомлялся! С какой же радостью я развалился на заднем сиденье рядом с мамой.
Бабушка честно призналась:
— Я половину шуток не поняла. Наверное, потому что старая. Но раз все смеялись, значит, и правда смешно.