— Но мы же собираемся выбраться наружу?
— Ну, мне, лично, плевать на мир. А вы, если так заботитесь о людях, лучше оставайтесь тут. Ну так как? Вам дороже мир, или кто-то более конкретный? Я вот хочу увидеть сына. А вы? Вы, наверное, тоже хотите кого-то найти?
Кивнув промолчавшему Капитану, Парсон снова указал на коридор. Вздохнув, Капитан перехватил дубину покрепче и пошел вперед.
…
Зрелище в полутемном куске коридора было довольно мерзкое. Разбросанными кишками и кровищей Капитана было не удивить — насмотрелся всякого. Но тут убивали с фантазией. С не очень здоровой фантазией, буквально размазав плоть, так как телами это было уже не назвать, по стенам. Даже плафоны освещения были затянуты свежей кожей, которая, просвечивая, и давала тот недобрый полумрак. Судя по тому, как забегали глаза у его спутников, они знали, кто тут увлекается подобным декором. Капитан молчаливым кивком поинтересовался, откуда можно ждать угрозы. Но, прежде чем поступил ответ, услышал шарканье.
Два искалеченных человека несли на руках, сросшихся словно древесные стволы в своеобразное кресло, женщину. Сама она ходить не могла, так как её ноги были сухими, и полностью лишенными мышц. Руки чувствовали себя немногим лучше. Вряд-ли она могла поднять ими что-то тяжелее ложки. Поэтому ей требовались помощники. Не добровольные, судя по тому, что она управляла ими через… Капитана передернуло, когда он понял, что эти красные странные проводки — буквально нервы, которые соединяют жуткую наездницу с её рабами. Тем временем та увидела Капитана и остальных и расплылась в приветливой улыбке.
— О! Мистер Парсон! Вы пришли меня навестить?
— Да, Энни. Я пришел тебя навестить, — Парсон разговаривал с ней осторожно и медленно, как обычно общаются с пьяными и сумасшедшими. — Как ты себя чувствуешь?
— Великолепно, мистер Парсон… А как Роберт? Он чувствует себя лучше?
— Да, Энни… Ему уже намного лучше.
— А мне все хуже, мистер Парсон… Мне так плохо, — с трудом подняв руку, она обвела ею изуродованные мертвые тела вокруг. — Я хочу играть, но все мои игрушки поломались.
— Ты же знаешь, Энни, все время играть нельзя. Иногда надо и отдыхать.
— Конечно, мистер Парсон, но не сейчас… Сейчас я хочу наиграться. Вы будете со мной играть?
— К сожалению не могу. Мне надо к Роберту.
— Это несправедливо, мистер Парсон… Его вы выпускаете играть на улицу. А вот нас — никогда.
— Вас? Кенни… Это ты, Кенни?
Парсон покосился на Капитана, давая понять, что этого Кенни надо срочно найти. В ответ Капитан указал на тень за жуткой Энни. Так как свет в коридоре был «приглушен», то освещение в зале, куда он вел, довольно четко обрисовывало силуэт кого-то, кто притаился за углом.