Цивилизованный дядька сразу же, ни слова не говоря, полез на верхнюю полку, его жена с ребенком, приладив в качестве занавески какую-то мятую тряпку, устроилась на нижней и, судя по всему, сразу же принялась кормить грудью свое чадо. Уф! Даже показалось, дышать стало легче, когда этот пронзительный рев прекратился.…Ненадолго. Едва титька матери покинула рот этого маленького монстра, пронзительный рев возобновился с новой силой. А тут еще и внешне вполне цивилизованный смуглый господин слез со своей верхней полки и, встав на колени прямо в узком проходе между нашими лежанками, затянул бесконечный речитатив обращения к каким-то своим богам. Ей же ей, не путешествие у нас теперь выходит, а сумасшествие какое-то!
— Это даже к лучшему, такая беспокойная обстановка, — принялся искать ложку меда в огромной, дурно-пахнущей бочке (ага, судя по всему, налопавшийся малец еще и сразу же облегчился, создав в нашем крохотном купе густое амбре соответствующих запахов) мой родитель. — Необходимые тебе, Александр, заклинания ты должен уметь создавать в любой, даже самой неблагоприятной обстановке.
И я самым честным образом пытался. Не создать заклинание второго уровня, нет — не такое простое это дело. Всего лишь уложить в своей уже пухнущей от нескончаемых детских криков голове все эти непривычно сложные блоки. Так все полтора дня и учился. А ночью…. Впрочем, о прошедшей ночи лучше не вспоминать. Боюсь, до конца своих дней не забуду этих почти нескончаемых дитячьих воплей.
Но как все, даже самое хорошее и самое плохое в нашей жизни, закончилось и это нескончаемое путешествие. Наверное, ни одни пираты не ожидали с таким вожделением приближения борта купеческого корабля с сокровищами, как я, измученный бессонной ночью, стоя уже наизготовку в вагонном тамбуре, вожделел того самого, последнего толчка, знаменующего нашу последнюю, окончательную остановку. И, кстати, и мой отец тоже, все последние полчаса, с того момента, как в окне нашего купе показались самые первые, отдаленные пригороды столицы Росской империи провел на ногах, рядом со мной. Предприняли, так сказать, тактическое отступление под гнетом превосходящей, совершенно необоримой силы, малец в нашем купе свой концерт ведь так и не прекратил.
И вот мы, наконец, прибыли! Преисполненный осознанием собственной значимости проводник распахнул перед нами дверь вагона, и мы, с моим родителем, сделали свои первые шаги по столичной брусчатке, выстилающей место нашей высадки.
— Теперь нам нужно где-то здесь отыскать справочную, — чисто для порядка озвучил я отцу стоящую перед нами первоочередную задачу, так-то этот момент мы с ним оговорили еще до начала поездки. — Нужно же узнать, как нам до мастерской князей Долгоруких добираться по этому совершенно незнакомому огромному городу.