— А… спасибо, — кивнула она. — Тебя же Варя отправила, да?
— Угу, а то, говорит, Полина Андревна не справится сама, — парень весело улыбнулся и подхватил её груз. — Лукой меня звать. Вдвоём-то мы быстро управимся. Айда за мной, покажу, где тут мусор у нас сжигают.
Играючи закинув в свою стопку еще пару папок, он широким шагом пошел вдоль особняка на задний двор. Подхватив свою порцию бумаг, Полина поспешила за ним.
— Хлама накопилось-то, ух! — заметил Лука, насвистывая какую-то мелодию. — Это еще на склад не залезали, там вообще черт ногу сломит. Может и пару провинившихся слуг найдем, запертых там давным-давно…
— А он что, и такое мог сделать? — удивилась Полина.
— И такое, и даже не такое, — кивнул парень. — Однажды он велел запереть в подполе служанку, которая отказалась с ним переспать. На целую неделю! А она боялась темноты аж до одури. Ну и когда через неделю подпол открыли, она сидела в углу с выцарапанными глазами, и безумно шептала какую-то ерунду… бедняжка с катушек съехала. О, мы пришли.
Они подошли к небольшому строению с трубой, отдаленно напоминавшей котельную. С одной стороны кирпичного здания стояла открывающаяся широкая дверца в топку, к которой вела транспортерная лента. С другой — трубы отопления, шедшие до самого дома.
— Зимой котлы переводятся на опил и дрова, а в самые сильные морозы включаем альва-линию, — пояснил Лука, включая ленту. — Ну вот, теперь клади сюда, и в печь всю эту дрянь.
Поля положила закрытые папки на край ленты. Верхняя папка соскользнула на землю и раскрылась, на жухлую траву посыпались документы и фотографии с обнаженными девушками. На некоторых она без труда узнавала комнаты их нового особняка.
— Это ведь… — Поля подняла стопку фотографий. Лука поспешно забрал их и швырнул на ленту.
— Теперь понимаешь, чем этот ублюдок развлекался у себя дома? — с отвращением в голосе произнес парень. — Такой вот у нас был хозяин. Конченая мразь… впрочем, все дворяне одинаковые. Уверен, новый ничуть не лучше.
Полина обожгла его упрямым взглядом.
— Наш князь не такой!
— Такой-такой! — хохотнул Лука. — Уж я-то их повидал, поверь. Как-никак уже третий господин, которому служу. И везде — одна и та же картина. Так что не обольщайся.
Тем временем дверца в топку открылась, и увесистая пачка бумаг ухнула в гудящее внутри пламя. Наружу вырвалось облачко искр, обдав запахом горящих берёзовых дров.
— Ты его просто не знаешь, — Полина взялась за следующую папку. — Ярослав — добрый человек, и пережил побольше всякого слуги. Мы с самого детства вместе, дружим, и…