– Записывай первый син – рассудок. Значительно повышает интеллект. Очень требуется деткам Главы. Пусть пьют асиш на постоянку.
Странно: я-то была уверена, что сработает что-нибудь латинское или, на худой конец, англоязычное. Сейчас ведь всё перемешалось: «джинсы, свитер, мода, ноутбук, трафик, провайдер, вайфай» прикинулись роднёй и присохли к речи, не отодрать. А в итоге ключиком оказался старославянский.
– Теперь можно и в библиотеку. Покажешь?
Джет с круглыми глазами (которые, кстати, его совершенно не портили – каким был красавчиком, таким и остался), всё ещё под впечатлением от моей внезапной прокачки, молча протянул руку и легко подтянул меня на ноги.
Ладонь обхватила ладонь, кожа прижалась к коже – и внутри тут же что-то затрепетало тревожно и сладко. То ли бабочки встали на крыло, то ли сердце устроило репетицию «привет, тахикардия». Отпускать его руку совершенно не хотелось. Прямо физически – как будто вместе с этим придётся отпустить что‑то важное и остаться… без.
Без чего? Да почти без всего.
Без законного повода первой видеть его по утрам и проверять, встал ли мой шпион с нужной ноги.
Без возможности шутить, подкалывать, дуть в ухо, мучить сины и заодно его терпение.
Без этих странно уютных моментов на привале, когда мы сидели рядышком, смотрели в небо и лениво перебрасывались впечатлениями.
И уж меньше всего на свете мне хотелось наблюдать, как Джета официально сдают в аренду юной крысоподобной хищнице.
Пусть, извините, охотится в другом террариуме.
Насчёт новых синов я не переживала. Самоуверенность всегда была моей отличительной чертой. Если мне удалось отыскать «напалм» за пять минут под аккомпанемент боевых действий, то уж в спокойной обстановке я придумаю намного больше. «Рассудок» тому подтверждение.
Сейчас, пока в крови гулял асиш, а син «Рассудок» подкручивал нейроны в режиме «Эйнштейн на максималках», я ощущала себя отважной и слегка всесильной. Шла – и запоминала всё, как офлайн-навигатор с последним обновлением карт: повороты, лестницы, залы, коридоры, скрип пятой ступеньки и шероховатость перил на втором этаже. Лица слуг и охраны откладывались в памяти с бонусами: кто правшу изображает, у кого на переносице родинка в форме яблока, кто пахнет агалой, а кто – брагой из зёрен линя.
Даже росписи на стенах и портреты впечатывались так чётко, что разбуди меня ночью – и я не только отбарабаню по именам всех Глав Дома Маронар за сто поколений, но и добавлю причёски, цвет одежды и оценку рамы по десятибалльной шкале.
А вот библиотека разочаровала. Это даже не библиотека, а лайт-версия гостиной, которая мечтала стать кабинетом. Пара приличных шкафов, стол и десяток комодов с крошечными ящичками – прямо как будто там ювелирку хранят, а не мысли великих. Книжной пыли – кот наплакал, как и самих книг.