— Ты о чём? — Поспешил за полуголыми булками.
— Большего восторга, — уточнила и к столу подошла. Стала суетливо перебирать свой хлам, разгребать часть в сторону, освобождая столешницу.
Судя по поведению, ответ мой её мало колышет, поэтому промолчал.
Глаз с попы не отвести, стою, как идиот, слюни пускаю. Генератор всё ещё гудит, светло, как днём. И поэтому безупречную нежную кожу оценить можно сполна. Разве что потрогать никак. А так хочется!
Повозилась, пошла к стеллажу.
— Что стоишь? — Спросила обыденно, обойдя меня опешившего.
— А что делать?
— Присядь на стул. Нет, вон тот. Да.
Послушно уселся куда указала. Рядом с расчищенным местом.
Ольви, по стеллажу туда — сюда. У полок завозилась, аж загляденье! На цыпочках тянется, чтобы сверху достать: ягодицы топорщатся сжатые, ляжки с икрами прям точёные становятся. Когда наклоняется, булки оголяются больше и ткань писю стягивает. Когда на корточки садится, ох, задница в такое аппетитное яблочко превращается с углублением посередине. Ещё и ляжки лягушкой расставляет. Ой, не могу. Томная сладость в животе, губы пересыхают.
Набрала с полок всяких ингредиентов и вернулась. Высыпала всё на свободную часть стола. Метнулась, принесла табуретку для себя. Присела упругой попкой.
— Ладонь давай, — заявила деловито.
Послушно протянул. Взяла своими лапками горячими, сильными. Ещё больше вытянула. Кусочек серой породы опустила пинцетом на ладонь аккуратно. Присмотрелась, мотнула головой отрицательно, сняла. Другой камушек опустила. Возится заинтересованно, со знанием дела.
Пятый вроде как подошёл. Что она там увидела, не понимаю.
Красненький камушек в ладошке остался.
— А ну — ка пошевели рукой, — командует. — Нет, на себя тяни. Помедленнее. Вот.
Слушаюсь и повинуюсь, моя красавица.
— Вот — вот, стой! — Воскликнула с азартом.
Приподнялась, на стол облокотившись, ко мне лицом повернулась и к камню в моей ладони опустила корпус. В руках резервуар с жидкостью вязкой держит. Пинцетом аккуратно камушек хочет подцепить. А я сглатываю сухим горлом. Ибо маечка от тела отошла так далеко, что сисеньки видно плотные! И сосочки крохотные на них бледно — бордового цвета.
Ваааау. Сердце бьётся, как у зайца. Не дышу. Сиси Ольви глазами фотографирую.
Повозилась с минуту. Отпряла, закрывая сладостный вид. Опустила камушек в жидкость. И, кажется, та разжижилась ещё больше, что проверила магичка, пинцетом помешав.
— Отлично, — оценила результат. — Первый камень подобрали. Нужно ещё два или три.
Ты моё солнышко.
Ольви поднялась, подошла к странному станку, похожему на весы. Под которыми светилось электричество. И опустила в круглую формочку камень. Судя по бульканью, камушек упал в воду.