Щёки красные. Ага! Значит, это не такое уж и обыденное у нас с тобою дело.
Расслабиться получается не сразу. Но девушка терпеливо ждёт до самого свершения. Потом укладывает бренное тело обратно. И уносит корыто из комнаты. Становится неловко. А ещё мерзко от ощущений в постели, будто здесь спал и потел совершенно другой человек.
Пользуясь отсутствием Элизы, встаю сам. Опираясь на стену, затем стол, подбираюсь к окну, из которого всё ярче бьёт свет. Похоже, наступает утро. Судя по глубине каменного подоконника, каменная стена здесь толщиной почти в метр. Ставни деревянные, стёкла мутные, ничего толком не разглядеть. Кое — как снял незамысловатую защёлку и приоткрыл окошко. Свет ударил прямо в глаза, ослепляя на какое — то время. Но я перетерпел, упорно пытаясь разомкнуть веки как можно скорее.
Первое впечатление выловил, будто горный орёл протяжно кричит над пропастью. Белые бугристые сгустки облаков висят практически на уровне глаз. Вправо вверх уходят огромные колонны из синего камня, перерастающие в мощные строения, походящие на кучу грибов, вырастающих друг из друга, сплетённые мостиками, с торчащими отовсюду башнями и выпирающими балконами. Выдающимися настолько, что не верится глазам, кажется, что вот — вот обвалятся. И всё так гармонично смотрится. По крайней мере тот кусок дворца, что я могу разглядеть из своего окошка. И создаётся впечатление, будто всё это зависло в воздухе, огромное, нескончаемое, непонятно на чём стоящее вообще.
Вниз обращаю взор. И дух захватывает. Ибо вижу под собою целый город! Распростёрлись дома разной высоты с крышами разных мастей и цветов. Метров триста до первых крыш лететь, если навскидку. И всё это пронизано голубыми водными каналами и густой зеленью. А вдалеке виднеется мощная стена, за которой едва проглядываются заснеженные вершины.
Похоже, мы где — то в горах. Очень — очень высоко. И столько ярких цветов, будто мир здесь насыщен ими по особым настройкам яркости и контрастов. Мозгу непривычно столько красок воспринимать.
Так увлёкся, что не заметил приближение Элизы, которая тут же обхватила за грудь и отодвинула от окошка.
— Господин Кристиан, что вы удумали?! — Возмутилась, прижимая к своей упругой груди четвёртого размера.
Нет, я не собирался бросаться вниз!
Надо признать, у Элизы сиськи не меньше, чем у той второй служанки с фиолетовой косой. При том, что обе явно не пышки. Довольно приятные ощущения.
Уложила обратно в постель. Но меня уже не остановить.
— Мне холодно, — ворчу.
— Ох, простите господин, сейчас подкину в камин дров, — дёргается. Но я останавливаю, придерживая за руку.