В разводе. Единственная, кого люблю
ГЛАВА
— У тебя есть другая?
— Да, есть, — сказал он просто. — Ещё и ребёнок. А что ты хотела услышать, Анна? Когда я обещал тебе быть верным?
Я чувствовала, как слёзы текут по щекам, а сердце разбивается на части.
— Я не собираюсь больше это терпеть. Твою мать. Твоих любовниц. Я подаю на развод, Северов! Мне жаль, что я так сильно верила в тебя. А ты в меня… никогда.
Я назвала его по фамилии, и это прозвучало как пощёчина.
— Ты совершаешь ошибку, — произнёс он тише, жёстче. — Наш брак — это не просто красивая картинка! Это…
— Я уже её совершила. Когда подумала, что смогу научить чудовище любить.
— Выходи.
— Здесь? Посреди трассы? Ночью?
— Да. Или я сам тебе помогу.
Я сделала выбор.
Холод ударил сразу. Ветер рванул подол платья. Фиолетового. Изящного. Которое он для меня выбрал. Для идеального вечера в идеальном браке.
Дверь захлопнулась, Бентли рванул с места, бросая меня на произвол судьбы.
И дальше произошло то, что навсегда изменило нашу жизнь…
«Банкет в шесть вечера. Я заеду в половину шестого. Будет дресс-код. Жди курьера…»
Сообщение пришло в четырнадцать двенадцать.
Я запомнила время — потому что потом буду отматывать этот день назад, минуту за минутой, пытаясь найти момент, когда можно было всё изменить.
Ни «привет». Ни «как ты». Четырнадцать слов — и в каждом из них инструкция.
Я перечитала дважды. Не потому что не поняла, а потому что каждый раз, когда Дмитрий писал мне, я искала между строк что-то человеческое. Знак. Намёк. Случайное «скучаю», которое проскочит мимо его внутреннего цензора.
Не проскочило.
Я отложила телефон и посмотрела на своё отражение в тёмном экране. Размытое лицо. Ни черт, ни выражения — просто силуэт женщины, которая пять лет учится быть кем-то другим…
Раньше я носила льняные платья и дешёвые серьги из латуни. Слушала джаз на виниле, рисовала акварелью, могла провести воскресенье на полу с книгой и чашкой остывшего кофе.
Это была я. Настоящая.
А потом появился он…
И я начала себя переписывать — строчка за строчкой, привычка за привычкой, пока от оригинала не осталось ничего, кроме имени.
Светские манеры. Правильные рестораны. Правильные люди. Правильные слова, которые ничего не значат.
Я научилась держать бокал так, чтобы кольцо было видно. Научилась смеяться ровно на полтона тише, чем хочется, чтобы это выглядело красиво, эстетично, изящно. Научилась входить в комнату так, чтобы мужчины оборачивались, а женщины выпрямляли спины.
И всё это ради человека, который присылает мне четырнадцать сухих слов, без «привет».