— Ладно, разберемся, — с досадой буркнул гоблин. — Можешь продолжать обход.
— И что теперь?
— Придется разделиться. Вы предпочтете пойти направо или налево?
— Налево, но… — перспектива искать явно перепуганного и при это вооружённого преступника в одиночку не выглядела вдохновляющей. — Может, стоило приказать этому стражнику остаться с нами? И вообще, не пора ли вызвать подмогу?
— У нас есть очередной мертвец, брошенная тележка и ваша простреленная насквозь шляпа. Значительный прогресс, но все для радования начальства хорошими новостями как-то маловато. Вот если мы обнаружим, в какой из домов на Принцевой аллее этот бегун юркнул.
— Думаете, он спрятался где-то на ней?
— Я не думаю, что тележку с покойником рискнули бы везти через половину Кладиума.
Для гоблина это прозвучало на удивление разумно и логично. Впрочем, я уже сполна убедилась, что Симпкинсон являет собой довольно нетипичный образчик этой расы. Даже на фоне других своих сородичей, прошедших отбор в полицию. Что не говори, для зеленошкурых это не так-то просто, несмотря на вечный кадровый голод. А уж подняться до инспектора…
Не о том думаешь, Фейри! Сосредоточься на деле…
Сосредоточится получалось не очень хорошо. Пелена тумана на Принцевой аллее казалась хоть и менее плотной, чем на «болоте», но ветер, деревья и фонари создавали еще более пугающую атмосферу. Если родной Лес даже в бурную ночь все же оставался привычным и безопасным домом, то Клавдиум порой казался логовом демонов. Чудовищ, таящихся в тумане и сумраке, алчущих крови… Фейри! Сосредоточься на деле!
Я принялась изучать вывески. Лавка молочника, плакаты на окнах обещали «масла всех сортов» и «разные сыры». Вот «булки и другие кондитерские товары», даже через щели тянет вкусной выпечкой. Аптека. Табачная лавка… фу-фу-фу, кто-то тут рассыпал горлодер наподобие гоблинского. «Траин и сын» — пояснений нет, четких запахов тоже. Что-то металлическое, но это и так понятно — где гномы, там и металл. «Игла-салон» — понимай, как сможешь. Еще одна табачная лавка, на этот раз ассортимент поприятнее, вроде бы даже имеется мой любимый вишневый сорт. Надо будет зайти днем, узнать, сколько просят за фунт. Бакалейщик, фотографический салон, портной…
«Прямо хоть на фотографию», сказал тогда гоблин. Озарение вспыхнуло, как магниевый порошок. Выходной костюм… прическа… химические запахи…
Дверь внезапно распахнулась и теперь я уже отчетливо различила тот самый «химический» аромат. А еще — запах крови, пота и страха, а также свинца, пороха и оружейной стали. Появившийся на пороге человек держал в руке небольшой револьвер, очень похожий на тот, что испортил мне котелок — но этот был полностью заряжен.