Дослушав его, Лив встала, забыв о фотографиях на столе.
— Мы едем туда. Котенок, ждешь нас дома. За порог ни под каким предлогом не выходить, разлагающихся шаманов внутрь не приглашать.
— Я с вами, — Зейн откликнулся так, будто только этого и ждал.
— Я тоже.
— Нет.
Эрика собралась встать, и тут же села обратно, глядя на него с подчеркнутым любопытством.
Зейна, впрочем, этот взгляд нисколько не впечатлил.
— Я отчитаюсь о том, как все прошло. И найду способ дать знать, если что-то пойдет не так.
— Тебе не кажется, что если я буду там, это станет проще сделать?
— Нет, — он немного подался вперед, склоняясь к ней ближе. — Нам обоим было там не по себе. Я не хотел бы пускать туда Лив в первую очередь по этой причине, но они все равно поедут. Если хоть что-нибудь пойдет не так…
Он не закончил, потому что не нужно было.
В случае самого плохого исхода хоть кто-то должен остаться невредим.
Еще один Смотрящий над городом пропасть просто не мог.
— Позвони мне.
— Разумеется, — Зейн поднялся и замер, только теперь вспомнив. — Отвезешь Дэнни?
Первая же мысль Эрики оказалась о том, чтобы попросить у Мердоков разрешения оставить волчонка здесь. И тут же ее сменило понимание того, что в случае явления шамана его присутствие только добавит хлопот и неразберихи.
— Да. Мне все равно нужно забрать мотоцикл.
Квартира оказалась покинутой.
Вошедший первым Зейн остановился на пороге, прощупывая пространство, после потянулся и включил свет.
В помещении все еще стоял тяжелый затхлый запах, но давящая на плечи и голову тяжесть, не позволившая им в прошлый раз говорить в полный голос, пропала.
— Черт возьми! — Лив выругалась, замерев в центре гостиной.
Она не хуже его чувствовала, что это место оставлено хозяином, и вполне закономерно злилась.
Подумав секунду, Зейн прошел к шкафам, которые в прошлый раз осматривала Эрика, и распахнула дверцы.
Они были пусты. Ни трав, ни веревки, ни костей, ни монет.
— В ванной пусто, — неслышно отошедший Джон вернулся, продемонстрировал два пальца и оставшуюся на них пыль.
Круто развернувшись, Лив первой направилась туда, где должна была находиться спальня.
Кровать осталась на месте, щегольские антуражные плащи тоже.
— Забрал только то, что работает…
Как ни странно, нетронутым осталось и зеркало. Огромная рама на тяжелом деревянном основании, прикрытая бархатом.
Лив потянулась к нижнему краю, и Зейн едва успел перехватить ее руку.
— Стой. Ты уверена, что стоит это делать?
Он тут же выпустил из пальцев показавшееся на ощупь слишком тонким запястье, и Оливия отступила на шаг.