После короткого разговора с Дэнни в голове осталась приятная лёгкость, а на душе — ощущение, что всё не так плохо, как ещё вчера казалось. По крайней мере, решаемо.
— Значит, съездили зря?
Эрика села напротив, в своё, — бывшее его, — кресло, сцепила пальцы на животе. Будто проверяла на прочность.
— Не знаю. Не уверен. Там не осталось ничего существенного, кроме зеркала в спальне. Я не увидел в нём ничего необычного, Лив говорит, что тоже.
— Говорит?
Зейн ответил не сразу, после короткой заминки, как следует взвесив свои слова.
— Лжёт, скорее всего. Она сказала, что сама не поняла, но для неё там явно что-то было.
Эрика подалась вперёд, положила сцепленные в замок пальцы на стол:
— И что из этого следует?
— Она велела держать тебя подальше от этого дела, — Зейн скопировал ее предыдущую позу, сложив руки на животе.
Она подняла бровь, ожидая продолжения, и, не дождавшись, качнула головой:
— Ладно, спрошу по-другому: чего от этого ждать?
— Не знаю, — Зейн бросил взгляд в зал через стекло. — И, если честно, не вижу перспективы заболтать тебя так, чтобы, ты поручила это дело мне целиком и самоустранилась…
Эрика выразительно хмыкнула, и, откинувшись обратно на спинку кресла, закончила за него:
— … Но за ней стоит присматривать.
С минуту они изучали друг друга с таким пониманием, что Зейну стало сначала непередаваемо хорошо, а потом мучительно горько.
— У меня один вопрос, Смотрящая. Если возможно.
Эрика медленно кивнула и резко вскинул голову, изображая поощрительный кивок.
— Дэнни спрашивал про могилу Артура. Я хотел бы его отвезти, если ты позволишь.
Она разглядывала в поверхность стола, решая. Зейн не торопил.
— Да, конечно. Но, думаю, это лучше делать днём. Сможешь?
— Да. Благодарю.
Эрика кивнула снова, на этот раз не поднимая взгляда.
Теперь точно пора была уходить, и Зейн поднялся, сделал шаг к двери, но в последний момент все-таки остановился.
— У тебя есть время? Хочу тебе кое-что показать.
Эрика замерла так, будто именно этим вопросом ее застали врасплох, и мучительно долгую минуту смотрела в пространство, прежде чем качнуть головой.
Сверкающий миллионами огней, стремительный и агрессивный Нью-Йорк, раскинувшийся у ног, производил двоякое впечатление. Стоя на основании антенны Всемирного торгового центра, Эрика смотрела на утопающий в тумане, подсвеченный город, казавшийся отсюда бесконечным, и старалась унять такое неуместное, бесконечно долго не испытанное и нежданное ощущение того, как у нее захватывает дух.
Огромное пространство, населенное людьми и нелюдями, наполненное надеждами, разочарованием, одиночеством, любовью, мраком и силой, поражало своей мощью, неисчислимым множеством сокрытых в нем перспектив, опасностью и красотой.