– Если это такой способ выслать меня из страны или же просто утопить в солёной воде, то не выйдет, я к тебе уже слишком привыкла, чтоб настолько облегчать твою судьбу, – замечаю с сарказмом, как только мы выбираемся на улицу из автомобиля.
– Не угадала, – хмыкает Айзек, обходя капот, оказываясь рядом со мной. – Наоборот. Это способ привязать тебя к себе ещё надёжнее, – подмигивает и протягивает мне ладонь в приглашении.
Вряд ли его пояснения способны внести больше ясности в то, что мы здесь делаем, но я однозначно заинтересована, поэтому вкладывая свою руку в мужскую без лишнего промедления. Как только мои пальцы крепко сжаты чужими, Айзек ведёт меня в сторону выстроенных в несколько этажей морских контейнеров, переоборудованных под хозяйственную часть. Тут есть офисы, помещения для рабочих, и даже мастерская. Входы в них расположены с разных сторон. Мы проходим мимо каждый из них, поэтому я могу оценить в полной мере. Для перемещениями между уровнями предусмотрены металлические лестницы. Они довольно крутые по высоте степеней, поэтому я невольно радуюсь, что не умудрилась напялить каблуки, вместо них на мне самые обычные сандалии на прямой, хоть и немного объёмной платформе. Правда именно на них неодобрительно косится каждый встречный нами мужчина в комбинезоне, почтительно здоровающийся с Айзеком. Да, все они в комбинезонах, помеченных нашивками с лейблом «Группа компаний «Альянс» и именно мужчины. Ни одной женщины.
А ещё…
– Кому это всё принадлежит? – озадачиваюсь.
На самом деле я знаю ответ, с учётом, как беспрепятственно мы здесь оказываемся. Но мне нужно подтверждение. И я получаю его практически сразу.
– Это первое, что у меня появилось, прежде я, Адем и Кай всерьёз занялись всем, что связано с морской логистикой, – безразлично отзывается Айзек.
Становится ещё более любопытно.
– Как ты это сделал? – прищуриваюсь, глядя на него.
– А по какой причине, по-твоему, Данте Аллегретти до сих пор ещё жив? – встречно выгибает бровь с неприкрытой насмешкой супруг.
Так вот оно что!
Могла бы и не спрашивать.
– То есть, это не то, что когда-то принадлежало Антонио Янгу? – всё равно уточняю.
– Никогда не принадлежало, – кивает блондин. – Принадлежало когда-то отцу Данте. Он обменял этот порт на прощение для своего сына. С тех пор… дальше ты знаешь, – уклоняется от прямого рассказа.
Он и не обязателен.
– Понятно, – улыбаюсь я.
Но всё ещё не понятно, зачем мы здесь. Хотя и то выясняется уже вскоре. Главное из офисных помещений выглядит, как канцелярская свалка. Складывается впечатление, что у местных сотрудников аллергия на бумажную волокиту, поэтому они всё скидывают сюда, с глаз долой из памяти вон. Только при мне заходят трое, сбросив всё принесённое с собой в ближайшую кучу и тут же убегают со всех ног. Увиденное оцениваю не я одна. Айзек вздыхает, а затем оглядывается по сторонам.