– Что это всё значит? – смотрю на Айзека.
– Думаю, ты уже успела заметить, что синьору Джакомо давно пора на пенсию. Он прекрасно разбирается в делах, но зрение и суставы давно подводят. До некоторых пор ему помогала с делами его внучка, но недавно она вышла замуж и переехала в другой регион, поэтому всё немного запущено, – отзывается супруг и выдерживает паузу, а на его лице отражается сомнение, словно он не уверен в том, что говорит дальше: – Ты могла бы сама позаботиться об этом месте. Если конечно захочешь.
Вот уж кто из нас двоих реально способен удивить!
– Я? – переспрашиваю ошарашено. – Я же ничего в этом не понимаю. Только если в теории.
Не то чтоб я на самом деле не хотела. Наоборот.
Очень!
Но вряд ли я справлюсь с такой серьёзной работой.
Или всё-таки справлюсь?
Ведь Айзек считает именно так:
– Синьор Джакомо научит тебя всем нюансам. Мы уже обсудили это с ним утром по телефону, и он рад, если придётся передавать дела кому-то вроде тебя. Раз уж ты моя жена, значит ты можешь быть заинтересована в процветании этого места по его мнению. К тому же, зря ты что ли получила свой диплом?
Если существует состояние «хочется и колется», то это прямо сейчас как раз про меня.
– Разве в наш с тобой уговор входил пункт о том, что я должна отрабатывать своё содержание? – усмехаюсь.
– На тот момент я не знал, как много ты ешь, – округляет глаза в притворном ужасе Айзек.
Закатываю глаза.
– А если серьёзно? Почему? Это вопрос большого доверия, тебе так не кажется? А если после меня ты станешь банкротом? – хмыкаю.
– Не стану, – отмахивается Айзек. – Не так уж и долго меня не будет.
Вот оно!
Я так и знала, что что-то здесь не так просто.
– Ты куда-то уезжаешь? – напрягаюсь.
– Да. На несколько дней. И раз уж ты остаёшься предоставлена сама себе, то может возможность поработать здесь, заполнит это время?
Тут он прав. Сидеть в четырёх стенах мне совсем не улыбается. Хорошая альтернатива.
– Ладно. Договорились, – соглашаюсь наконец.
Но это не значит, что наш разговор окончен.
– Несколько дней, это сколько конкретно? – прищуриваясь, разглядывая его лицо.
Точная цифра на нём, разумеется, не написана, зато отразившееся очередное сомнение я улавливаю наверняка.
– Пока не знаю. Может быть дня три. Или неделя.
– Что-то случилось? Есть что-то ещё, о чём я не знаю? – опять напрягаюсь я.
Но мои опасения напрасны.
– Ничего такого, – качает головой Янг. – Но, ты сама недавно заметила, у нас с тобой уговор. И если ты со своей частью пока справляешься, то я пока не совсем. И не смогу, если так и буду вечно находиться около тебя и наблюдать за твоей роскошной задницей, как приклеенный, – показательно смещает своё внимание к тому, о чём говорит, чуть отклонившись в сторону.