— Донал, где вы чистите рыбу?
— Тут же, миледи.
— И потроха куда?
Он ткнул вниз по течению.
— Туда, где сносит.
Марта закрыла глаза на секунду.
— Господи, дай мне сил. Или вино. Лучше и то и другое.
Роб закашлялся, пряча смех.
— Ладно, — сказала Марта. — Слушайте оба. С этого дня рыбу не держать в корзине просто так. Поймали — либо сразу чистить, либо в холодную воду, но чистую. Потроха не под ноги и не вон туда у берега, где потом сами же сеть ставите, а дальше. И не в кучу. Поняли?
— Да, миледи, — ответил Донал.
— Сеть после ловли не бросать так. Развесить выше. Сухо. Иначе сгниёт.
— Да, миледи.
— И где у вас место для копчения?
Оба переглянулись.
Эван ткнул пальцем в сторону деревни.
— За домами. Старый сарай. Но там давно…
— Отлично. Туда и поедем.
Они пошли вдоль берега. Марта вела лошадь под уздцы, чтобы не ломать ей ноги о камни. Ветер с воды бил в лицо, плащ трепало, подол платья цеплялся за жёсткую прошлогоднюю траву. Но она шла и смотрела.
Слева тянулся берег — местами каменистый, местами мягкий, где вода уже подмывала землю. Выше росли кусты и несколько низких деревьев. За ними открывались полосы поля. Не лучшие, конечно. Но вполне рабочие. Если привести в ум. Если прокопать канавы. Если перестать делать всё абы как.
— Тут можно поставить ещё сушильню, — сказала она скорее себе, чем другим.
— Где, миледи? — сразу спросил Роб.
Она указала на небольшой приподнятый участок, закрытый от прямого ветра двумя старыми ивами.
— Здесь. Если сделать пол выше земли, навес и нормальную тягу. Не сейчас. Позже. Но запомни место.
— Запомнил.
— И мне нужен человек, который умеет не только молотком махать, но и думать, где что не сгниёт через месяц.
— Это уже сложнее, — буркнул Роб.
— Да неужели.
Старый сарай для копчения оказался почти тем, что она ожидала: кривое строение из почерневших досок и глины, с низкой крышей, провисшей с одного края. Внутри пахло старым дымом, плесенью, мышами и тем затхлым, застоявшимся духом, который появляется там, где хорошая идея умерла от лени. На крюках ещё висели старые железные прутья. В углу — куча золы. Под ногами — влажная земля.
Марта постояла в дверях, потом медленно вошла.
— Вот это, — сказала она, оглядывая тёмное нутро, — ещё можно поднять.
— Правда? — неуверенно спросил Донал.
— Правда. Если вынести отсюда мусор, просушить, поднять пол и не коптить на сырой трухе.