— В чем смысл нашей бесконечной войны, если наши дети не видят детства и умирают столь молодыми? Даже дети крестьян живут и то дольше. Мы слепо бросаемся раз за разом навстречу смерти и ради чего, о Ками? Ради чего⁈
Кейташи силой заставил себя успокоиться.
— Я этого никогда не понимал и не поддерживал. Меня прозвали Добродушным за то, что я призываю воителей, хотя бы иногда стараться решить дело миром. Не убивать всех подчистую, а пытаться договориться и торговаться. Даже эти тупицы, самураи, и то договариваются друг с другом и заключают союзы. Так чем мы хуже?
— Ваши идеи не нашли поддержки? — осторожно спросил Стас. От ответа наследника зависело очень многое в планах Ордынцева.
— Нет, ко мне многие прислушивались и прислушиваются, но этого все равно мало, — тяжело выдохнул Мизуно. — Цикл ненависти очень сложно разорвать. Как можно убедить тех же Сумада договариваться, если наши убили у какого-нибудь старейшины родного брата? Сможет ли он простить и откинуть свою месть? Ну и тоже самое уже со старейшинами и обычными бойцами Мизуно…
— Тогда может быть проблема в самих… Воителях? — тихо спросил Стас и тут же замер под внимательным и совсем недружелюбным взглядом принца Мизуно.
Повисло тяжелое молчание.
— Я пришел к той же мысли, — неожиданно кивнул Кейташи, к облегчению Ордынцева переведя взгляд на потерянного мертвеца. — Ничего не изменится, пока кланы воителей все также убивают и мстят друг другу. Надо менять сам принцип нашей жизни.
— Вы уже думали, что тут можно сделать?
— У меня есть глупая и наивная мечта, Широ-сан, — Кейташи поднял взгляд и посмотрел вдаль. — Единый, нераздробленный мир воителей, в котором нет и не будет войн. Нерушимый союз сотен или даже тысяч кланов, которые будут хранить мир, не допуская новой войны. Мир, в котором дети смогут радоваться своему детству и не умирать молодыми. Мир, где воителей перестанут считать истинным злом.
— А во главе получившегося мира должны, естественно, стоять Мизуно? Ведь, если не вы, то кто еще? — голос подошедшего Джишина буквально истекал сарказмом.
— Нет, — усмехнулся Кейташи. — Я не считаю, что Мизуно должны всеми править.
— Как будто, я бы тебе так сразу и поверил, — презрительно фыркнул Джишин, подходя ближе и тоже садясь рядом с валяющимся на земле активным мертвецом. — Всем известна ваша тяга к тому, чтобы окружить себя кучей подконтрольных вам мелких кланов. Фукаса, Райдей и Гэндзи — эти кланы решили принять ваше покровительство. И что из этого вышло? Теперь они лишь части Мизуно, которые уже никогда не смогут стать свободными и жить самостоятельно!