— Соображаешь, — прищурившись кивает он. — Привет, конечно. Ладно шучу. Наделал ты мне хлопот, Брагин. С дружком Илюшкой поссорил. Ну кто так делает? Неправильно это. Надо дружить, а ты воюешь. Разве можно на новом месте с войны начинать?
— Это Илюшка ваш нашкодил. Но ничего, мы его воспитаем, и станет он ещё лучше, чем был.
— Ну-ну. Твой чемодан?
Он кивает на дипломат, лежащий на длинном столе.
— Не то чтобы мой, — отвечаю я, — но мне доверено его оберегать.
— Ну бери, оберегай, — снова усмехается он.
Я встаю и подхожу к дипломату. Открываю. Там, естественно бабосики.
Деньги советские ровными пачками
С полок глядели на нас…
Беру две пачки сотенных.
— Это привет, — говорю я. — Не от товарища вашего, а от меня. В честь знакомства. Я хороший и неглупый. Не пожалеете, что познакомились.
Он кивает и молча убирает деньги в ящик стола.
— Поживём — увидим, — пожимает он плечами.
В дверь стучат. Снова появляется лейтёха.
— Товарищ подполковник, там майор Гиреев.
Кардович молча кивает и в кабинет заходит мой знакомый, Злобинский протеже, местный кагэбэшник Николай Айнурович Гиреев. Я с ним недавно встречался и обедал в гостинице. Он подтянутый и сильный. Одет в штатское, но выправка выдаёт человека, живущего по уставу. Чёрные волосы причёсаны волосок к волоску. У него тонкие усики и проницательный усталый взгляд. Чисто адъютант его превосходительства .
— Товарищ подполковник, — сообщает он представившись. — Мы у вас дело Бекштейна забираем. И этого молодого человека тоже.
— Забирайте, — кивает с усмешкой Кардович. — Снимите груз с души.
Они несколько минут разговаривают и мы с Гиреевым уходим. Он довозит меня до гостиницы и получает свою премию.
— Бекштейна сегодня отправляем в Москву, — сообщает он. — Леонид Юрьевич с ним лично хочет позаниматься.
— Ну и отлично, — киваю я.
Пусть немного поторчит в Лефортово, поволнуется, ему на пользу пойдёт. Опять же на старости лет будет, что вспомнить. Надеюсь, он доживёт. Это в моём времени его уработали в середине восьмидесятых, а я ему новую жизнь даю. В общем, станет он у нас шёлковым. Поймёт, что теперь точно никуда не дёрнуться. Сдаст все схемы, всех участников, покровителей. Мы свой чемодан с папочками пополним заодно. Глядишь, к Романову ниточки нащупаем.
Состав с грузом накрыло ГУБХСС, затем дало распоряжение в Питер брать Бекштейна, и дело завертелось. Закрутилось. Но всё шло по официальному пути, и замять такое событие было бы крайне трудно. Поэтому инициативу перехватил КГБ и взял в разработку Илью Бекштейна. Всё секретно и тихо. Шито-крыто. По-моему красиво получилось.