Обычно снятие пробы производилось в чуть ли не торжественной обстановке. Когда весь свободный от вахты экипаж выстраивался на палубе и наблюдал, как командир корабля дегустирует предстоящий обед. Однако сегодня был вполне вероятен бой, и питаться предстояло посменно. Помпезность ритуала была совершенно излишней. Эссен не поленился лично посетить камбуз и попробовать пищу перед раздачей непосредственно там.
Пересветовский кок Перец, как обычно, оказался на высоте: и кислые щи оказались выше всяких похвал, и гречневая каша со свининой просто таяла во рту.
— Я тебя точно после окончания срока службы с броненосца не отпущу, — весело посмотрел на кулинарных дел мастера каперанг, — будешь, в конце концов, и для кают-компании готовить так же, как и для матросов. Офицеры тоже имеют право питаться с удовольствием.
— Так, ваше высокоблагородие… — слегка замялся кок. — Это ж… С нашим удовольствием. Хоть с завтрева могу начать и для кают-компании готовить регулярно. Но ведь у господ свой кок имеется. Нешто хуже меня щи да кашу варит?
— Вполне прилично он кулинарствует, — Эссен поймал себя на мысли, что этот шутливый разговор имеет смысл претворить в жизнь, — но и продукты у него другие все-таки. Тебя бы к ним пристроить — просто шедевры получались бы. Ты подумай. Сколько служить еще?
— Полгода осталось, если война не затянется…
— Вот и ладненько. А потом, могу тебе обещать, наши офицеры тебе такое содержание положат, что ни один шеф-повар ни в одном ресторане не получает. Твой обед из акулы в Индийском океане до сих пор вся кают-компания вспоминает. Договорились?
— Так точно, ваше высокоблагородие — договорились! — вытянулся перед командиром польщенный матрос, хотя для себя еще ничего окончательно не решил.
— Господа офицеры! — скомандовал Соймонов, как только увидел появившегося в кают-компании командира. Присутствующие немедленно встали.
— Прошу садиться, господа, — благосклонно кивнул Эссен. — И благодарю за приглашение на обед.
— Присоединяйтесь, Николай Оттович, — радушно пригласил хозяин кают-компании «первого после Бога». Но первого не здесь. Кают-компания — единственное помещение корабля (кроме кают офицеров, конечно), где по старой флотской традиции командир являлся гостем, а не хозяином, куда он не смеет, как ни странно, прийти без приглашения старшего офицера. И даже в этом случае остается здесь гостем.
Офицерский повар «Пересвета» был не так уж и плох: рассольник (правда, не совсем полноценный — без почек) и эскалопы с гарниром из риса были вполне на уровне. Денисов выставил к тому же несколько бутылок легкого вина, так что трапеза перед возможным боем прошла к вящему удовольствию офицеров. Хоть и даже потопление «Нийтаки» не пришлось отметить чем-то более крепким или праздничным, чем все то же столовое вино.