— Совсем незаметная. — кивает ей женщина в белом халате.
— Витя! — Лиля переводит взгляд на Виктора: — выпусти меня! Там без меня весело!
— Весело — не то слово. — говорит Виктор, который не отрывает взгляд от площадки: — уже пять-ноль как весело. Я такого веселья даже во время товарищеского мачта с командой Сабины не видел. Я бы и сам тебя выпустил, но Жанна говорит, что посидишь — значит посидишь. Играем не в последний раз, а ты у меня одна такая.
— Очень приятно. — говорит Лиля и опускается на скамейку: — приятно чувствовать себя особенной. Я даже после такого буду дисциплинированная и спокойная. Жанна Владимировна! Пустите меня на площадку! Вы же видите! Шесть-ноль уже!
— Первый сет мы проиграем. — говорит Виктор, глядя на площадку.
— Не хочу сидеть!
— Свою беспокойную пятую точку прижми, либеро. — отзывается сидящая рядом Гульнара Каримова: — тренера своего послушай.
— Не хочу, чтобы наши проигрывали!
— Первый сет мы проиграем. — повторяет Виктор: — с этим ничего не поделаешь. Гульнара! Во втором с Зульфией на «колесницу» выйдете.
Счёт восемь-ноль. Подаёт Павла. Укороченная, крученая, мяч перелетает сетку и резко ныряет вниз. Маслова бросается вперёд, выставляет руки, бело-синяя молния мяча проскальзывает между предплечьями, ударяется о колено и улетает на трибуны.
— Девять-ноль! — объявляет судья.
Маслова стоит на коленях и смотрит на свои руки. Поднимается молча, без своих обычных шуточек-прибауточек и уже по одному этому Маша понимает, что дело серьезное.
Она оглядывает площадку. Арина — сжатые челюсти, голова чуть наклонена вперед и этот упрямый взгляд вперед. Она уже видела такое и не раз, Железнова снова проявляет характер, готова драться всерьез. Синицына — спокойная, но это ледяное спокойствие, за которым ничего не прочитать. Валя — растерянная, оглядывается по сторонам, ей трудно в такой скоростной игре, раньше такого не было, раньше она успевала. Раньше все успевали.
Плохо. Всё плохо.
Следующая подача. Снова Павла. На этот раз — длинная, планирующая, мяч летит медленно, покачиваясь в воздухе, и кажется, что взять его легко. Маша знает этот обман. «Планер» непредсказуем, он может уйти влево, вправо, нырнуть — но знать и принять это две разные вещи. Воронова выходит под мяч, подставляет руки. Мяч вильнул. Приём уходит в сторону — далеко от сетки, неудобно. Синицына всё равно добирается, отдаёт передачу, но передача низкая, кривая.
— Мой! — Арина разбегается, прыгает, бьёт. Мяч летит через сетку — и обе Коваржовы встают перед ним. Стена. Мяч отскакивает назад, на их сторону, падает у самой трёхметровой линии.