— Ух! — на площадку выскакивает Алена Маслова и деловито подтягивает свои коротенькие шортики: — блин, я думала опять всю игру на скамейке просижу! Лиль, ты не беспокойся, я все вытащу.
— Нам хана. — говорит Надя Воронова: — ну все, если Босоножку приземлили, то нам точно хана.
— Без паники. — машинально отзывается Маша: — Аленка, занимай свое место на площадке. Лилька, мы тебя ждем. Надя — прекрати панику разводить. Валя, новую либеро не зашиби пожалуйста…
— Да я уже извинилась…
— Все, собрались! — Маша хлопает в ладоши, и все собираются в центре, кладут руки друг другу на плечи, переглядываются. Традиция, введенная тренером — как бы ни прошел розыгрыш — собраться в центре всем вместе, перекинуться парой слов.
— Все нормально. — говорит Маша, оглядывая своих девчат: — играем дальше.
— Играем!
— Все, за дело! — круг размыкается, девчата расходятся по своим местам, Маша кивает Виктору, тот дает знак судье что перерыв закончен.
Маша бросает взгляд на другую сторону площадки и замечает, что у них тоже произошла замена, возможно она бы и раньше заметила, но была слишком занята Лилей… у них села Квета Моравцова, капитан «Олимпа». На замену вышла высокая девушка из сборной.
— Вот теперь ни одного игрока из городского клуба не осталось. — выдохнула Алена Маслова: — мы теперь официально против сборной страны играем. Слава богу что они в топ-шесть мирового рейтинга не входят… хотя нам какая разница.
— Как же нам трудно без твоих комментариев было, Вазелинчик. — отзывается Маша: — хватит рот разевать, соберитесь. Играем.
Тем временем на скамейке запасных
— Выпустите меня, Жанна Владимировна! У меня и не болит ничего! — ерзает на месте Лиля.
— В мозгу, моя дорогая, нервных окончаний сигнализирующих о боли вовсе нет. — отвечает женщина в белом халате и с воткнутой в узел темно-русых волос ручкой: — это в свое время еще Авиценна открыл, когда прикладывал раскаленный железный прут к мозговой ткани гладиаторов с расколотыми черепными коробками. Так что болеть у тебя может и не болит ничего, но… не тошнит тебя? Голова не кружится? — она озабочено заглядывает Лиле в глаза.
— А зачем он раскаленный железный прут прикладывал? — моргает глазами Лиля.
— Чтобы ты спросила. — отвечает Жанна Владимировна, светя маленьким фонариком ей в глаза: — вот как раз чтобы проверить реагирует ли мозг на повреждения напрямую. Сиди, Босоножка, в следующем сете выйдешь… если голова кружиться не будет. Ты ж со всем разбегу на Федосееву наткнулась, тут немудрено и сотрясение словить.
— Она незаметная была! — оправдывается Лиля: — слилась с местностью, вот! Покрытие же… желтого цвета, а Валя в бело-красном…