И в какой-то момент глаза уловили резкое движение, устремлённо в нашу сторону. Я совсем лениво, с большим трудом протёр глаза и увидел, как гигантский кабан со всего маху влетел в повозку! Мир закружился, крыша кареты смялась, и затем отсеклась, улетая в сторону! Мои когти впились в сидение, и в миг, когда показалось небо, я оттолкнулся со всей силы! Тело полетело вверх и вбок, напитавшее инерцию! Я кубарем покатился по каменной дороге!
— Сука.! Что за чёрт! — ругался я, держась за голову, по лицу текла струйка крови.
Я слегка привстал и поднял голову, и тут же перед лицом увидел громадную кулачищу со стальными когтями!
— Сдохни! — раздался визжащий рёв по улице.
Милк Дан-Валит, Альдеро Грото, Кит Шат и другие… Он сменил множество имён за свою жизнь, и уже сам позабыл, как его назвала мать, в какой стране он родился, и зачем продолжает жить.
Он опёрся худыми руками о леер фрегата «Святая удача». Здесь его звали: Риконто Варис. И моряки, естественно, прозвали просто — Рик. Им редко доводилось видеть на борту леопардида, да ещё и столь сведущего в мореходстве. Он же недоумевал, ведь леопарды весьма недурные пловцы. Но сейчас он значился кротким (до странного) торговцем, держащим путь на остров Люсинда. Тот находился сразу же за морской блокадой Антрикары.
«Тысяча кораблей… десятки тысяч зверлингов. Все они стоят стеной, заслоняя собой доступ Империи к их дорогому дому, — размышлял он, смотря на тёмную полосу почти у самого горизонта, — Понимаю. Это достойное дело. Но почему я собираюсь разрушить эту идиллию? Из-за желания господина? Но почему я исполняю его желания?»
Ответа он, как всегда, не находил. Только знал — господин всегда добивается желаемого. И он обязан сделать всё, чтобы помочь ему. И вот он везёт провиант, воду и лекарства на остров, являющийся опорным пунктом всей блокады.
— Может, дело во мне? — прошептал он, смотря на тихие волны, — Я ведь всегда служил… Достойно исполнял свой долг, по праву слабого — сильному. Но откуда во мне такое непоколебимое убеждение в служении победителю?
Ответа не было. Он крылся где-то в недрах сознания, туманного, запутанного. И каждый, кто пытался в него проникнуть, сходил с ума. А он продолжал недоумевать.
— Почему я не могу его победить? — спрашивал он сам у себя, — Сколько бы раз ни пытался. Первая сфера, вторая, третья… Насколько же он силён? И почему я продолжаю пытаться?
Над головой кружили чайки. А он всё смотрел на качающеюся воду. Постоянно, из года в год. Он путешествовал по миру, выполняя чужие приказы, и в каждом его уголке встречал знакомых, которых не помнил. Они рассказывали, как слушали его пение в таверне, как он вступился за них на улице, как провели с ним ночь…