«Неправда, не мухлевал. Риконто очень хорошо играет в карты, он много времени провёл по игорным домам, будучи сыном известного крупье», — подумал леопардид.
— Научись играть! Не дай…
Дук резко закрыл пасть Рику.
— Ты это потише. Тут его упоминать ох как не стоит, если не хочешь быть вздёрнутым за мошонку, — посоветовал Дук.
«Да, Риконто иногда бывает неосторожен в выражениях, и как хорошо, что его вовремя останавливают», — подумал леопардид.
— Убери лапы! — фыркнул Рик. — Понял я, понял!
— В карты играть научился, а язык за зубами держать — нет. Считай, я долг вернул, ведь жизнь ценнее всякого золота! — бросил он и сорвался по улице, чтобы Рик не успел возразить.
«Жизнь ценнее золота… Слова счастливчика или глупца», — подумал леопардид.
Он направился примаком в постоялый дом, в отличие от весёлой гурьбы, разбегавшейся по тавернам, игорным домам и борделям. Скоро, когда выпивка начнёт контролировать их желания, начнутся стычки. Дело привычное, нечего тут не сделаешь. Но ему бы хотелось их избежать, ведь тогда придётся убивать, а возиться с насекомыми ему не хотелось. Скорее всего, на всём острове не нашлось бы равного ему в силе, но проверять это он желал. Желание господина должно быть выполнено.
«И тогда я вновь смогу с ним сразиться», — подумал он, и наконец его губы дрогнули в искренней улыбке.
Швырнув на стойку пару монет, он получил ключ и грубое пожелание хороших снов от раздражённого крысида. Поднялся на второй этаж деревянного, скрипучего дома, построенного из пальм и лиан. Дешевле этого на острове не было. А моряки, привыкшие швыряться деньгами в портах, сюда редко заглядывают.
Затворив за собой хлипкую дверь, он окинул бедную комнату с сырой, старой кроватью и столом без стула. Стянул с себя одежду, обнажая десятки шрамов, ожогов и прочих следов его бурной жизни. Посмотрел на некоторые и не сумел вызвать воспоминаний. Всё больше и больше шрамов казались ему незнакомыми, побелевшие от времени, они казались ему совершенно новыми.
Он рухнул на кровать и закрыл глаза. Снов, как всегда, не было.
Утром он быстро вернулся к кораблю и, руководя наёмными рабочими, разгрузил товар и доставил до пункта обеспечения. Рассчитался со своими работниками, и те тут же весело бросились пропивать заработанное, словно впитав за плавание традицию настоящих моряков. И быстро, без лишних разговоров уладил дела с местным интендантом с хитрыми глазками. Не досчитался десятка монет, но равнодушно последовал в порт.
«Дело сделано. Триста девяносто золотом. Получается, столько стоит несколько тысяч жизней? — подумал он, звеня монетами в небольшом ручном сундучке. — Вскоре они проверят товар и с удовлетворением не обнаружат ничего подозрительного. Воистину, коварство господина превосходит все мыслимые границы. Его идеи, методы… Они на совершенно ином уровне, будто он вовсе не из нашего мира…» — подумал леопардид и заметил троицу, следующую за ним от самого интенданта.