Помолчав, Витте признал:
— Действительно, занимательная история.
— Рад, что она вам понравилась… Но меня с недавних пор занимает совсем иное.
Подхватив трость, князь Александр с заметным усилием вздел себя на ноги, и дохромал до массивного рабочего стола — откуда вернулся с каким-то документом. Передав несколько листков бумаги с характерными вензелями Кабинета Его императорского Величества, израненный бандитскими пулями аристократ с видимым облегчением осел в свое кресло и перевел дух:
— Полюбопытствуйте, Сергей Юльевич.
Ну, чрезмерной скромностью вельможа никогда не страдал, и уж тем более ей не наслаждался, так что без лишних слов вчитался в проект… Арендного договора? По которому некой неуказанной персоне передавались в долгосрочную аренду кабинетские[1]земли Алтайского горного округа. На очень выгодных условиях — на первый взгляд. Но при повторном и уже неспешном прочтении даже у многоопытного министра финансов слегка дрогнуло лицо: было бы не преувеличением сказать, что он держал в руках настоящую хвалебную оду профессионализму чиновников императорского Кабинета. Гарантированные поставки на Транссиб угля, пригодного для паровозных топок? Звучит прекрасно, особенно в той части, где указана среднерыночная по империи цена: арендатору всего-то требовалось провести за свой счет геологические изыскания, заложить угольные шахты, ну и устроить хотя бы узкоколейную железную дорогу, чтобы возить добытый уголек в Новониколаевск, где его были готовы принимать и оплачивать без ограничения поставляемых объемов. Такие же гарантированные поставки крупных объемов чугуна и железа, сталей разных марок и сортового металлопроката — и вновь с небольшой оговоркой, что все это должно быть выплавлено из местного сырья. Ага, опять озадачиваем геологов — все равно ведь в тех местах бродить будут, пусть и железную руду с антрацитом поищут! Ну и так, по мелочи: строим коксохимический завод и металлургический комбинат, а к ним и все остальное, что обычно окружает такие производства. Право, какая ерунда! Вишенкой в проекте арендного договора было пожелание, чтобы уважаемый арендатор поспособствовал разработке одного перспективного нефтяного месторождения близ Новониколаевска. Да-да, того самого, который сам же и открыл — и даже оставил в своем владении треть имеющихся в таежных недрах запасов нефти. Так сказать, чтобы он утрудился и ради своей прибыли, и ради государственной пользы — потому как еще одна треть-то принадлежала казне Российской империи! Про последнюю треть, отошедшую в ведение Кабинета Его императорского величества, составители договора скромно не упомянули, полагая, что это подразумевается само собой.