— Мне бы Черномырдина сюда. Это от Севера.
Эффект был мгновенным. Несколько голов повернулись. Кассирша замерла с пачкой купюр в руках, из-за колонны, почти незаметный в своем темном костюме, показался здоровенный охранник. Не старый вахтер, а именно охранник — с квадратной челюстью, короткой стрижкой и глазами, которые сразу нашли меня и зафиксировали, как прицел. Он сделал шаг в мою сторону и остановился.
Я не двинулся с места. Вместо этого просто улыбнулся. Широко, но недобро. И начал медленно, с явным удовольствием разминать кулаки, демонстрируя не угрозу, а подготовку к неизбежному. Я смотрел прямо на охранника, и в моем взгляде читалось что-то типа: «Подойди. Попробуй».
И в этот момент, когда охранник уже начал свое движение, а атмосфера в зале натянулась как струна, из-за угла, ведущего в административную зону, почти выбежал Эдуард Черномырдин. Его лицо было бледным, на лбу выступили капельки пота. Сучонок нервничал, оно и понятно.
— Стоп-стоп! Это ко мне! — его голос сорвался на фальцет, но мужчина взял себя в руки и повторил уже тверже, обращаясь к охраннику: — Это ко мне, Сергей. Все в порядке, вернись на пост!
Охранник замер, кивнул и отступил, растворившись за колонной, но его взгляд продолжал жечь спину.
Черномырдин быстрыми шажками подошел ко мне, схватил под локоть с силой, в которой читалась паника, и поволок в сторону своего кабинета, бормоча на ходу что-то невнятное для окружающих. Мне было очень смешно от всего происходящего.
Он втолкнул меня в просторный, пафосный кабинет с панорамным окном, хлопнул дверью и обернулся. Его лицо теперь пылало не страхом, а яростью. Смешной, бутафорской яростью маленького человека, пытающегося казаться большим.
— Ты что, с ума сошел, мальчишка⁈ — зашипел он, не решаясь повышать голос. — Я говорил твоему боссу, чтобы всякие… Его подручные не имели привычки вот так, с ноги выбивая двери, вваливаться в банк! Это респектабельное учреждение! Здесь клиенты!
Я не спеша подошел к его роскошному кожаному креслу и уселся в него, положив ноги на идеально чистый стеклянный стол.
— У меня нет босса, Эдик, — сказал я тихо, растягивая слова. — Теперь я — босс. И, как ни странно, твой босс тоже.
Он замер, его ярость сменилась недоумением, а затем и каким-то легким ужасом.
— Что… Что за чушь ты несешь, сопляк? Север… Он… Он тебе башку оторвет… — речь мужчины была уже не такая уверенная, как раньше.
Я не дал ему говорить дальше, было уже слишком скучно. Я сбросил ноги со стола, встал со стула одним плавным, быстрым движением и нанес удар. Не кулаком, нет. Открытой ладонью. Мощно, со всего размаха, с хрустом, от которого зазвенело в ушах. Пощечина была настолько сильной, что Черномырдина развернуло, и он едва удержался на ногах, схватившись за край стола. На его щеке мгновенно проступили красные следы моих пальцев.