Я же в эту секунду срочно возвращал Кали, борясь с желанием выпустить на неё всю свою злость. Куда смотрела, чем слушала!
Вдох. Выдох. Бесовка была на другом задании.
Вдох…
Сука! Сам расслабился!
Прикрыв глаза и на несколько секунд отходя от происходящего, я всё-таки понял, что винить в этой ситуации никого кроме себя, просто нельзя. С моими возможностями… с ними попасться на такую… да это даже диверсией стыдно назвать!
— Тишина! — рыкнул я командным голосом. — Отставить панику!
— Надо идти жаловаться! — воскликнула Ксюша.
— Никто никуда не пойдёт. — уже более-менее спокойно произнёс я. — Во-первых, садитесь все за стол. — наблюдая как мои ребята находятся в не менее разъярённом состоянии, чем я, сам первым направился к своему стулу. — Первое, что ждёт от нас противник, это разлад внутри отряда. Поэтому виновных искать никто не будет. Эта штука не сработала — факт. — зло бросил я, указывая на предательскую сигнальную лампу. — Безоглядно надеяться на неё было ошибкой — тоже факт. Урок усвоен.
В палатке возникла тишина, во время которой каждый из присутствующих смотрел перед собой, переваривая произошедшее.
— Что предлагаешь? — кое-как умерив пыл, сухо произнёс Волков.
— Сначала немного лирики. — оглядев окружающих, я продолжил. — Произошедшее, нам в очередной раз напомнило, что бои и соперничество на этом турнире происходят не только на арене, но и далеко за её пределами. — дождавшись, чтобы сказанное улеглось в их головах, я продолжил. — Я хочу чтобы вы собрали всю ту ярость, которая сейчас в вас скопилась, в кулак и выпустили её завтра на арене в решающем бою. И пусть враг знает, что нас подобной мелочью ни сломать, ни надломить! — выждав небольшую паузу, и заглядывая в глаза буквально каждому за столом, я продолжил. — Хочу подчеркнуть: именно такие ситуации и показывают, кто и что из себя представляет. Поэтому взяли себя в руки, нервы в сторону и настраиваемся на завтрашний бой. Бой где мы должны порвать всех и каждого, кого только выставят против нас!
Сказанное заставило товарищей по команде измениться в лице и глубоко задуматься. Накачивая духом своих ребят, я и сам быстро пришёл в себя, потому как говорил от сердца, а не просто манипулировал громкими фразами.
— Сейчас прибежит либо Света, либо, скорее всего, другой куратор. Подыграйте мне.
Не прошло и полминуты, как в палатку ворвалась запыхавшаяся девчонка в клетчатом пиджаке. Взволнованно нас оглядев, она громко воскликнула:
— Ребята! Вы чего сидите! Ваш бой прошёл!
— Чего! — подорвался я с места. — Как прошёл⁈
— Так! Чего на арену не вышли⁈