Запоздало спохватившись, что нахожусь вовсе не на экскурсии, я со скрытой тревогой осмотрел подопечных.
Несмотря на мои опасения, транс исправно работал, притупив беспокойство наемников, сейчас поглядывавших вниз с легким страхом, но и не без азартного интереса. Для них высота стала иллюзорной, словно смоделированной в Мицелиуме. Кроме Ханжи, конечно, этот чу-ха вцепился в поручни якорного щупа так, что побелели костяшки. Глаза бывшего кубба были закрыты, он умело сражался с ужасом, хоть это и давалось нелегко.
Ветростат прошел очередную контрольную точку и обменялся блиц-маяками допуска с ближайшей вышкой полетного контроля. Полуавтоматическая, она даже не подозревала, что сейчас всецело подчиняется умничке-Зикро, не перестававшему бубнить в мой заушник; параллельно глаберу мне отчитывался и дистант-пилот, и эта негромкая деловая сумятица голосов убеждала, что все идет по плану…
Мы затеяли форменное безумие, и оно переполняло жгучим азартом.
Вздрагивая от ударов теплого ветра, потея под бронезащитой и пальто, цепенея от скрипов и пронзительного скрежета «Соно-Чи» я ощущал себя крепко выпившим, хотя уже почти сутки не уронил в рот ни капли паймы…
Я встряхну этого самоуверенного мудака! Схвачу за лацканы дорогущего пиджака, прижму к стене и выдам «низкий писк» такой мощи, что у него задымятся мозги.
А когда дым развеется, ублюдок не просто забудет об опрометчивом приказе наказать Ланса Скичиру, он станет считать Ланса очень милым парнем и добрым приятелем, которого ни в коем случае нельзя трогать. Более того, нужно оберегать!
Ну, рыбонька, каково это, еще совсем недавно вальяжно величать Юдайна-Сити своим городом, а сегодня вдруг обмочиться от страха в капкане Бледношкурого Джадуга⁈
Но все по порядку: с живой змеи, как говорится, шкуру не снять…
Впереди засверкал гранями «Слюдяной небесный мост». Величественная доминанта, драгоценность двух районов, царь высоток, физически не способный выпасть из нашего вида — его основание занимало целый квартал.
«Мост» был прекрасен, натуральный город в городе, прибежище для сотен корпоративных штаб-квартир, технологических кухонь, парков отдыха или уютных элитных нор.
Сверкающий матовым стеклом обшивки, он вздымался выше прочих крыш, пряча в бликах нагромождение шикарных террас и обманчиво-хрупких балконов. В отличие от других зданий гнездового центра, на нем совсем не было рекламы и парковочных станций для летающих ветрогенераторов.
Он по праву считался символом нашего гнезда, и было даже странно, что его бездонные недра наполняли ушлые дельцы, а не хитромудрые смирпы. Впрочем, подчас я понимал их, сделавших выбор в пользу не сверкающего шпиля, а угрюмо-неприметных коробок Пиркивелля. Так их власть выглядела куда более строгой. Скромной, умеренной. И жесткой. Какой, впрочем, и являлась, несмотря на официальные заповеди Взаимопроникающего Невмешательства…