Мне было дико обидно за все, что со мной происходит. Я сидел и тихо плакал, размазывая сопли и кровь по лицу. Рядом села Аии. Сидела и успокаивала меня. Она пообещала всегда быть рядом и защищать своего маленького брата. Я же пообещал самому себе, что жизнь положу, но стану сильнее и обязательно защищу Аии и маму. Это было — Обещание!
С тех пор прошло уже десять лет. Я окреп, вытянулся, мышцы налились силой. Взгляд посуровел и стал жестким. Струей раскалываю камни, пахнет от меня так, что ящеры мрут. Все меня уважают, а враги детства обходят стороной. Девочки в племени мило краснеют при встрече, а по вечерам томно вздыхают.
Черта с два! Я как был мелким, таким и остался! Сверстники вытянулись под два с лишним метра, а я — всего полтора. Гормоны играют, все уже шушукаются по кустам. Мальчики смотрят на девочек и наоборот. Хотя со стороны: уже довольно крепкие юноши и девушки, но нам всего по тринадцать лет, плюс-минус год.
Я тут белая ворона. Пацаны меня шпыняют, не уважают. Девушки смотрят брезгливо. Друзей практически нет. Так, пара знакомых из тех, кто не особо внимание на меня обращает. Из тех, кого я мог назвать другом, была только Аии, я ее очень люблю. Она много раз за эти десять лет заступалась за меня, хоть я и старался как можно реже встревать в разборки. Был тихим и нелюдимым.
Аии, она выросла просто безумно красивой. Я часто ловлю себя на мысли, что думаю о ней не как о сестре. Но одергиваю себя постоянно. Сейчас она выглядит как богиня. Ростом под два метра, но фигура складная: четвертый размер груди, тонкая талия, красивые ровные ножки. Волосы ее, словно водопад, спускаются до самой попы. Лицо у нее настолько идеальное, что я не уверен, найдется ли среди людей кто-то красивее.
Часто начал замечать, как на нее заглядываются парни. Особенно мудак Лай, тот самый, который в детстве верховодил всеми детьми. Одно хорошо — сестренке на всех этих парней плевать. Она, вообще, даже по местным меркам, странная. Не такая странная как я, но тоже «не от мира сего». Ей не интересны женские сплетни и подружки, выделка кожи и украшательства — все то, чем занимаются основная часть девушек, помимо хозяйства. Она, вообще, мечтает стать охотником. Соорудила себе лук из кости и сбивает из него мелких птеродактилей.
Охотником может стать только мужчина, достигший двадцати лет, и доказавший на испытании, что может справиться с пойманным Раптором (небольшой хищник размером с малолитражку). Поэтому мою сестру и считают странной. Охотником ей тут не стать. И вообще, ее хотят отдать замуж в другое селение через год!