Обиднее всего то, что и медиков у нас забрали тоже. Ими теперь Алина рулит, на базе Первого меда. Она наловчилась кандидатов вскрывать буквально в пять сек, даже завидно немного! Я так не умею. Правда, у неё возможности тоже ограничены — она работает только с врачами, все остальные ей неподвластны, а я — универсал. Зато — перехватила первенство по личной мощи: она теперь самый сильный одарённый в стране, я только второй. Ну, насколько возможно сравнивать, а делают это исключительно медики, по крови определяют. Реакция Либанова называется, кстати, хоть тут нам есть обо что эго почесать. С этими видимся чаще, у нас тут дежурная бригада работает — вахтовым методом, раз в неделю меняются. Нам без них никуда — травмы случаются так же регулярно, как и раньше, тут никакого прогресса, увы.
Но вот теперь всё изменится. Баста, хватит грести каштаны из огня для других. Теперь мы сами.
— Я понимаю, что вопрос пока преждевременный, но всё же: кого решили выставлять на передний план? Или концепция поменялась, и вы готовы отдать проект профессионалам? — генерал пристально посмотрел мне в глаза, постукивая карандашом по листу бумаги с нашими намётками по будущему РАО.
— Нет, концепция не поменялась — мы хотим сделать всё сами, — как можно более твёрдо ответил я сначала на второй вопрос. — Хватит с нас и того, что уже отдали! Тем более, что эта тема совсем новая, тут никто не может заявить, что имеет больше опыта. Да и цена ошибки другая совсем.
— Ну ладно, ладно, не кипятись. Сами — значит, сами, надеюсь, вы хорошо подумали. Так кто главный-то, в итоге?
— Если вы решительно… я сделал умышленную паузу.
— Отказываюсь, — Ивлев понял меня правильно и закончил мою фразу сам.
Закончил ожидаемо, увы. Мы, в своих обсуждениях, почему-то с самого начала были уверены, что именно генерал станет фронтменом нового проекта, и я был буквально обескуражен его отказом. Он даже мотивировать это никак не стал, «нет» — и всё.
Ну, что поделаешь.
— Тогда главный я.
Усмехнувшись, генерал выдал неожиданное:
— Ты знаешь — я думаю, что это хорошо. Вот против Либанова я бы возражал категорически.
— Да чем он вам так не угодил-то⁈ — в который уже раз возопил я. И даже привстал чуть-чуть в порыве чувств.
— Да всем! — передразнил генерал, властным жестом возвращая меня на кресло. — На таком месте необходим человек, который в первую очередь думает о Родине, как бы громко это ни звучало. А твой Либанов, ты уж извини, думает о чём угодно, только не о том, о чём надо!
— Вы ошибаетесь, — я тоже умею воткнуть в собеседника злой взгляд исподлобья. Научился за прошедший год. Научили.