— И начался бой, как я уже сказала. Ну как «бой», боем это сложно назвать. У нас была приличная огневая мощь, но против «потеряшек», сами понимаете, это мало что значит. Какой смысл в огневой мощи, если вся она пролетает мимо цели? Системы захвата не работают, потому что кораблики «потеряшек» скачут по пространству как блохи по уличной собаке, и целеуказание просто теряется, сбрасывается. Ракеты тоже бесполезны, по этой же причине, а бить чем-то массовым вроде той же антиматериальной торпеды — так это самому себе сделать хуже, они же вьются роем прямо рядом с обшивкой!
Это она подметила очень точно — воевать с «потеряшками» почти невозможно не только и не столько из-за их ультимативного оружия, но ещё и из-за того, что они просто не подставляются. Мы видели это своими собственными глазами, и, хотя в этом мельтешении мало что можно было разобрать, именно это и делало бой с ними сложным. Ведь если даже мы, наблюдая со стороны, не могли ничего разобрать, то каково экипажам кораблей, что находятся в самом его центре? Это же всё происходит буквально вокруг них, буквально с ними происходит!
— Мы, конечно, начали пытаться отходить, огрызаясь из всех стволов… Несколько их корабликов всё же подбили — десяток, не больше… А потом произошло натуральное чудо, по-другому я назвать это не могу. Мы зафиксировали попадание в один из их корабликов, но не зафиксировали его взрыва. А когда мои навигаторы нашли его в пространстве и показали картинку, то оказалось, что наше попадание — уж не знаю, чем именно, — разворотило переднюю часть корабля, там, где, по нашим предположениям, должен сидеть пилот… А всё остальное осталось целым, включая двигательный блок! И мало того — этот обрубок корабля продолжал по инерции лететь в нашу сторону!
— Дай угадаю… — Кори насупилась. — Жадность взыграла?
— Не жадность, — возразила Кирсана. — Скорее жажда. Жажда выполнить приказ. Мы ведь прилетели сюда за технологиями, в идеале — за технологиями «потерянных братьев». И тут самая желанная, самая важная из них, летит нам прямо в руки! Как я могла отказаться от этого?
В голосе Кирсана просквозило хорошо скрытой болью — она всё ещё серьёзно переживает за свой «разрыв» с Администрацией. Да, отношения между ними были долгими и абьюзивными, как сейчас модно говорить, но это даже к лучшему. Тем ярче будет гореть пламя её ненависти к Администрации, а нам сейчас именно это и нужно.
— Я отдала приказ остановиться и поднять на борт остаток корабля «потеряшек», — продолжила Кирсана. — И мы даже это сделали. Потратили почти пятнадцать минут, полностью потеряли один корабль, но сделали это! После чего планировали продолжить отступление. Однако после того, как мы это сделали, «потеряшки» удесятерили свои атаки на нас, они уже даже не пытались заходить на удобные для атаки позиции, они просто атаковали прямо оттуда, где были в этот момент! Процент попаданий по ним сразу резко вырос, но и нам досталось намного сильнее. Причём основная масса попаданий пришлась по моему «Чёрному», и именно по отсеку гравитационного захвата. Они будто пытались во что бы то ни стало уничтожить остатки своего корабля, и готовы были собственные жизни на это положить.