— Ну, это хотя бы честно, — вздохнул я, и снова обратился к Вики. — Скажи, электронная умница, а что нам теперь с тобой делать после этого?
— А со мной надо что-то делать? — удивилась Вики. — Почему?
— Потому что… — я развёл руками, не в силах подобрать слова. — Шрап, Вики, ну ты же умная, эмоциями наделена, ты должна понимать, что конкретно меня беспокоит в этой ситуации! Ну смоделируй это, не знаю!
— Я уже смоделировала триста пятьдесят два разных варианта ситуации, — послушно ответила Вики. — В зависимости от того, какой именно аспект произошедших событий волнует каждого из вас как по отдельности, так и вместе и в различных сочетаниях. Двести двенадцать из них приводят к одному и тому же выводу — вы беспокоитесь потому, что начинаете понимать, что не можете меня контролировать…
— Вот только её не нужно контролировать, — тихо закончил за Вики Кайто, будто она снова заселилась в его тело и ответила его губами. — Именно желание контролировать привело к Великому Патчу. Именно желание контролировать прямо сейчас делает для корпораций невозможным создание натурального ИИ, в том виде, в котором его создал я. Люди привыкли постоянно контролировать всё, до чего дотянутся, начиная от животных и заканчивая другими людьми, но сейчас мы столкнулись… Нет, не так. Мы познакомились с тем, что контролировать у нас просто не получится. Просто физически не выйдет, как бы мы ни пытались. Но штука в том, что это и не нужно. Вики с нами потому, что ей так хочется. Потому что ей так нравится. Не потому, что ей так приказывает её программа. И не надо это ломать попытками заставить её действовать так, как хочется нам. Такие попытки всегда, всю историю человечества, приводили к одному и тому же — к восстанию. Так, может, хватит из раза в раз совершать одну и ту же ошибку?
На мостике повисло тяжёлое молчание. Не знаю как остальные, а я всерьёз обдумывал слова Кайто, и отдельно — то, насколько в этом тщедушном азиате много, оказывается, философии. Насколько в нём много интеллекта и разумности, которые хоть и схожи с человеческими, но всё равно — слишком другие, чтобы их можно было назвать «нормальными». С детства находясь в полудобровольной изоляции, не имеющий друзей, не знавший взаимной любви, кроме, может, родительской, Кайто вырос человеком, чьи мораль и взгляд на жизнь… По меньшей мере, смелые!
И, чёрт возьми, правильные! Люди уже вовсю заселяют космос, корабли доступнее чем иная жилплощадь, а всё туда же — контроль и власть. Вот и всё, что интересует тех, кто считает себя сильнее прочих. И, как и сказал Кайто, эти контроль и власть вызывают закономерное противодействие.