Сегодня возле него крутились ещё двое человек и если один был в такой же форме, то вот рядом с ним стояла девушка.
Длинные рыжие волосы были распущены, а зеленоватое платье хоть и не было облегающим, но выгодно подчёркивало спортивную фигуру. И стоявшие рядом со мной бывшие заключённые, глазами пожирали или разбивали эту мадам.
А девушка, ручкой что-то указывала офицеру на планшете.
Дождавшись,когда большая часть соберётся, офицер одёрнул девушку и сложив руки за спиной,осмотрел наш строй ироничным взглядом.
— Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, слушайте сюда. Повторять не будем. Вы освобождены, союзными силами Российской империи и Пермским Тайным орденом. И у нас к вам есть предложение. Господа Старик, прошу!
Девушка выйдя вперёд военного и оглядев нас вполне понятным взглядом, в котором читалось отвращение, начала говорить.
— Я, Ольга Константиновна Сторик. Глава Пермского ордена, с подачи которой и было решено вас освободить.
— Ближе к делу!—крикнул кто-то из толпы и его поддержал нестройный гул голосов.
— Ближе к делу,значит? Хорошо. Я предлагаю вступить в ряды ордена и начать вместе с нами сражаться с нынешней властью.
— В чём наш интерес?—произнёс мой вчерашний знакомый с сединой.
— Вы получите свободу, деньги…самые лучшие могут получить власть,—улыбнулась белоснежной улыбкой Сторик.
По рябом раздались одобрительные выкрики.
— А кто несогласен и не хочет работать на власть?— ещё один вопрос из толпы.
— Тех мы грузим на автобусы и уводим в направлении Москвы и отпускаем вас. Можете катиться куда хотите,— взял слово военный. Поэтому согласные направо, не согласные налево.
Со мной набралось двадцать семь человек,вставших на левую часть. Напротив нас стояло человек двести, может,триста. И каждый из них смотрел на нас с презрением.
— Ну раз вы решили своё будущие. То всех согласных прошу пройти в жилые помещения. А несогласных прошу подождать тут. Автобус сейчас прибудет,— улыбнулась кровожадной улыбкой Сторик.
Провожая взглядом уходящих вчерашних арестантов. Мы получили огромное количество оскорблений о том,какие мы трусы и боимся устроить новую жизнь.
Вместе с ними ушла и Сторик и мужик, который говорил тут речи. А с нами остались лишь трое человек в мпд и хотя никакой агрессии они не высказывали, но я нутром чувствовал, что стоит лишний шаг и нас тут расстреляют.
Автобус приехал через десять минут. Сперва я услышал гул трансмиссии, а потом я увидел некогда бело-красный автобус, ныне покрытый огромным количеством грязи и ржавчины. Четыре фары, прикрывали синие козырьки. На решётке радиатора было выведено странным шрифтом слово Икарус и цифра двести пятьдесят.